Возле дверей замялась на секунду, поправляя лямку сумки, а потому не сразу заметила, что на пороге меня ждет «сюрприз», как оказалось, не очень приятный.
Толкаю дверь с улыбкой на губах и как только замечаю Семена и Аркадия, она тут же сползает.
– Мама!
Дочка, раскрыв ручки, кидается ко мне. Ее платьишко развевается по ветру. Распущенные волосы рыжим водопадом струятся за спиной, создавая вокруг детской фигурки золотистый ореол.
Отпуская чемодан и сбрасывая сумку, опускаюсь на колени, раскрываю объятия.
Но стоило Кире подбежать, она тут же остановилась, отдышалась и нежно, почти аккуратно, упала мне на грудь, скользя руками под мышки, обняла меня.
– Сладкая моя конфеточка! Как же я по тебе соскучилась! Ты мое солнышко. Моя прелесть, – причитаю чуть не плача, поглаживая Киру по спинке.
– И я скучала, мам! Так скучала, скучала, что аж устала ждать, когда же смогу тебя обнять. А мы с бабушкой не одни. С нами дядя Аркадий приехал и твой врач дядя Семен. Они тебе цветы купили. Правда, не такие красивые, как мы с папой тебе покупали, – шепнула Кира мне на ухо, прежде чем разжать кольцо рук и отойти в сторону.
Мужчины продолжают стоять в стороне. Я поднимаюсь в полный рост. Кира переплетает наши пальцы, крепко держится за мою руку.
– Ксюша. Ну, наконец-то. Мы так по тебе соскучились, – подоспела со своими объятиями мать. Смачно поцеловала в щеку. – Я им ничего не говорила, – так же, как и Кира, мать шепнула мне на ухо, объясняя, что она не причастна к появлению мужчин.
– Ладно. Разберемся.
– Ксюша. Хорошо выглядишь, – первым ко мне навстречу выступил Аркадий, протянул цветы."
"– Спасибо. Вы тоже неплохо. Зачем приехали? – сдерживая раздражение, произношу вопрос с улыбкой. – Это лишнее. Я не в том состоянии, чтобы принимать поздравления от чужих людей.
– Ну, что за вопросы и обиды, Ксюш?! Разве я это заслужил? – жеманничает Аркадий, и отчего-то это меня сильно злит.
– Я? Обижаюсь? Интересно, на что и за что? Аркадий Романович, вы выбрали неподходящее время для нашей встречи. Именно это я пытаюсь донести до вас.
– Мы с Семеном просто хотели сделать тебе приятное и поддержать тебя, Ксюш… Всего лишь…
– Ксения Михайловна. Выходите за меня замуж…
Слова Семена прорезают воздух, как удар грома среди ясного безоблачного неба.
– Да чтоб тебя! – слышу бормотание Аркадия, и мужчина пятится назад. – Ну, впрочем, может так и лучше, – продолжает беседовать сам с собой.
– Простите? Семен Васильевич, вы серьезно? Вы в своем уме? – я не могу сдержать улыбку. Вот это поворот. Я-то думала, что, находясь взаперти, за толстыми стенами больницы несчастия потеряют меня из виду и больше не найдут, но я ошиблась.
– Мама! – дергает меня за руку Кира.
– Молодой человек, Аркадий Романович – это уже перебор.
