Сражение длилось безостановочно, на протяжении всех тридцати минут мы прыгали по площадке, поднимая мелкие камни в воздух.

И все же я стал адаптироваться. Это заняло больше времени, но Лора справилась на ура. Я мог чуть легче отбивать удары и контратаковать, правда, это не говорило о том, что победа близка. Но кое-какие продвижения были.

— А у вас собралась публика, — успела подметить Лора, и мельком я увидел, как из окон и дверей за нами наблюдает практически весь персонал.

— Простите! Господа! — окликнул нас дворецкий Рихтер. — Профессор Томас все подготовил!

Мы застыли с занесенными палками в сантиметре от тел друг друга. Мои были нацелены в шею адмирала, а у Нахимова мне в грудь.

— Ха! Неплохо! — рассмеялся Петр Борисович и похлопал меня по спине. — Миша! А ты хорош, чертяга! Давай выпьем!

— Спасибо, польщен, но вынужден отказаться, — честно сказал я. — У меня сегодня много дел. И вечером вылетаю в Красноярск.

— О как! Ну что ж, тогда пошли к моему супер умному инженеру! — улыбнулся он.

Мы подошли к лавочкам с одеждой. Дворецкий протянул мне и адмиралу влажные полотенца.

— Позвольте, Петр Борисович, проводить Михаила в душевую для гостей, — невозмутимо сказал Рихтер.

— Да, отведи! — кивнул тот.

Света одарила меня жиденькими овациями.

— А ты неплохо держался! — улыбнулась она, поглядывая на мой торс.

— А ты думала, что чемпион Универсиады проиграет через пять минут?"

"— Нет, я ставила на десять минут, — ответила она. — Все же ты чемпион!

— О, ну это уже прогресс! В следующий раз ставь на пятнадцать! — подмигнул я и пошел за Рихтером.

* * *Задний двор поместья Нахимовых.

После ухода Михаила.

— Ох, ну и разминочка, — вытирая бороду мокрым полотенцем, сказал Петр Борисович. — Загонял меня молодой.

Света подала ему бутылку с водой. Они часто с ней практиковались, так что она понимала, что отец не шутит.

— Папа, ну ты скажешь тоже, — улыбнулась она, подавая ему сухое полотенце. — Почему ты вообще решил с ним драться на пятьдесят процентов?

— Ох, дочка, какая же ты еще не опытная! — он сел на скамейку и вытерся от пота.

Только сейчас Света увидела на теле отца огромный синяк.

— Это Миша?

— Ага, еще бы чуть сильнее и сломал бы ребро, — ухмыльнулся адмирал. Он немного посидел, попил водички и продолжил: — Я дрался с ним на пятьдесят процентов только первые десять минут. Потом он словно приспособился ко мне. Все же парень хорош!

— Ты дрался на полную? — удивилась Света.

— Ну… Скажем так, было у меня в запасе еще несколько козырей, но до восьмидесяти процентов он меня разогнал, — он тяжело вздохнул и встал. — Ну, а теперь мыться и смотреть, что там Дин придумал!

* * *После душа меня провели в лабораторию.

Разумеется, это слово очень поверхностно подходило под это описание.