А лестницы и вовсе возвышаются на два метра, но нужно еще удержаться. Обычно выше метра наводнение и не поднималось, но… река слишком быстро вышла из берегов и набросилась на здание школы. Не только школы, но и… черт, лучше не думать.

Оглушительно, перекрикивая шум воды, звенел звонок. Детей скорее всего поднимали выше — на второй и третий этажи. Школа выстоит, она еще новая, и это не первый случай, конечно, нет. Вот только в прошлый раз затопило нас летом, когда не было никого. Я подобралась к девчонке сзади, подтолкнула забраться выше, обняла ее и вцепилась руками в перекладины так, чтобы она не сорвалась.

Изотова хныкала. Черта с два, мне нужно немедленно сообщить, что в зале еще остались люди. А вода плескалась уже у наших ног.

— Так. Слушай меня. И пытайся забраться выше. Ты не упадешь, не бойся, я страхую. Главное: держись и помни, что здесь нас вода не достанет.

— Мы утонем, да?

Нет. Мне хочется на это надеяться.

— Нет. Высота потолков здесь достаточная для того, чтобы мы с тобой выжили. Нужно подняться еще на метр, и тогда мы с тобой дождемся спасателей. Только мне необходимо, чтобы ты крепко держалась, пока я позвоню.

Хорошо?

Изотова не ответила, но начала подниматься. Вовремя, еще бы чуть-чуть, и мой телефон намок бы безвозвратно.

— Что у вас случилось? — дозвониться получилось не сразу, я мысленно подгоняла гудки, но в итоге кто-то все же взял трубку.

— Школа на Осенней, сорок три, затопление, прорыв дамбы. В спортивном зале два человека на лестницах, пытаются удержаться.

— Поняла вас, спасатели уже в пути.

Я хотела перехватить телефон, но он выскользнул из руки и почил в бурлящей воде. Черт с ним, хотя и стоил немало, главное я сказала.

Теперь оставалось ждать, а это было не самым простым испытанием.

— Ты как? — тормошила я Изотову.

— Холодно, — она отвечала тихо и чуть вздрагивала.

— Надо было уйти. Терпи. Все будет хорошо."

"Я постаралась сказать это со всей уверенностью. Переохлаждение опасней всего, но на улице плюс двенадцать, температура воды градусов десять. Так что у нас три с половиной часа — если мы только продержимся. Должны продержаться.

Как назло, проблемой была не только вода, еще и промозглый ветер, который выметал все тепло.

Сколько мы так висели? Полчаса или уже больше часа? Да нет, максимум каких-нибудь десять минут, но я чувствовала, как постепенно руки теряют хватку, и крепче прижалась к девчонке, нужно было и ее держать. Вода все прибывала, крутилась хищными водоворотами, плескалась о стены, спортзал погрузился в темноту, как будто сейчас поздний вечер, хотя до него еще далеко.

— Еще выше. Давай, поднимайся, — я почувствовала, как мои ноги лизнула новая волна.

— Мы не утонем? — дрожащий голос Изотовой.

— Конечно же, нет.