После этого в полуголом состоянии по полю боя шатались? Шатались! Ветром еще небось хорошо так продуло…
— Меня не может продуть! Я же аэромант, — с гневным ужасом сказал он."
"— Все когда-то бывает впервые, может, здоровье подкосилось, а может, возраст такой наступил, — я пожала плечами. — Но лично от себя могу посоветовать тепло одеться, выпить горячего чая и хорошенько отоспаться. И все пройдет. Я могу идти?
— Иди, но помни — трибунал!.. — рявкнул он и махнул рукой. Я не стала задерживаться, вдруг еще увидит, как я глаза закатила, и выпрыгнула за дверь. В спину мне летел оглушительный чих. Аж внутри все подпрыгнуло! Нет, такие звуки надо запретить на законодательном уровне, а то и заикой остаться недолго.
Местный врач на меня и вовсе внимания не обратил, он сладко спал среди пациентов. Ладно. С этим я разберусь потом, когда-то же и до медчасти мои руки дойдут. А пока все мои мысли снова обратились к кошке.
Я чуть ли не бегом вернулась в казармы — совсем бегом как-то несолидно было. Бегущий военный, как известно, в мирное время вызывает смех, а в военное — панику. Большую часть огней уже потушили, все-таки уже наступило раннее утро, только на стенах все еще было освещение — а вдруг тень вовсе не тенью окажется. В казарме и вовсе топать пришлось тише, потому что народ уже спал, не все, кто-то тихо переговаривался между собой, но большинство. А Аттика сидела возле моей двери с песком в ведерке, мясом в свертке и еще какими-то находками.
И мне как-то ее жаль даже стало. Ай-яй-яй, Анна Игоревна, вторые сутки как стали лейтенантом в армейском гарнизоне, а уже дедовщину устраиваем! Аттика не должна вокруг меня сутками бегать, у нее график должен быть, а не так — мне захотелось в любое время дня и ночи, а она сделала. Это уже какое-то рабство. Сама завела кошку — сама за нее и отвечай. Или хотя бы используй подчиненных в отведенное для этого время.
Я сделала себе мысленный втык и осторожно разбудила Аттику.
— Да, лейтенант?! — попыталась она резко подскочить на ноги.
— Тихо, все хорошо, иди отдыхать, — похлопала я ее по плечу. — Раньше обеда тебя не жду. Ты молодец.
Аттика просияла как новенькая монетка на солнце и, отдав честь, утопала приводить себя в порядок, а потом, скорее всего, спать. А вот мне спать особо не хотелось — раз, и дело было — два.
Кошку удалось перехватить у двери, но в целом животное было мне радо — не шипело, не дергалось, когтями не полосовало. И чего все так пугали меня в том мире? Мол, от дивана останутся рожки да ножки. И все ботинки придется выбросить. И руки все поцарапанные будут. Вот мне попалась замечательная кошка!
Первым делом я рассыпала песок в какую-то лохань, которую притащила Аттика, и поставила у двери, рядом выставила плошки для еды и воды.
