Север смотрел спокойно, открыто, но тяжело на эту совершенно нелепую компанию самоубийц, считающих себя королями мира, положив одну ладонь на хрупкое плечико своей жены, не вступая в перепалку, но больше всех нас вместе взятых ощущая напряжение и все те эмоции, которые смрадом неслись со всех сторон.

Почему?…

Боль оттого, что не было возможности просто попрощаться и найти могилу.

— Там, где ты жила и пропала некоторое время назад, тебя все еще помнят, — чуть дернул он бровью наконец, проговорив приглушенно и как всегда приторно сладко, но делая это словно с каким-то предупреждением, чтобы я не смела с ним спорить или даже подумать о том, к чему эти слова, — Если сейчас ты неожиданно вернешься в окружении двухметровых мужчин и одной беременной девушки, то явно привлечешь к себе много внимания, а это нам совершенно не нужно в сложившейся ситуации.

Скорее от него веяло азартом, словно он не знал боли, ни смерти, заинтригованный тем, сможет ли победить самого настоящего Кадьяка, чтобы доказать в первую очередь себе собственную силу. смелость и выносливость, а заодно еще больше подняться в глазах своей шайки.

Поляна наполнилась мерзким и совершенно глупым хохотом этим недалеких мужчин, которые считали иначе и не собирались отступать.

— Никаких истерик! Даже токсикоза не было, и вот на тебе! Дождались слоника!

— Нет, ну ты только посмотри на нее! И ведь всю беременность вела себя как ангел!"

"— Да уж, спокойно ела сырую замороженную рыбу и мясо… — скептически дернула бровью Злата, проговорив сухо и спокойно, — Замечательная и совершенно обычная диета для беременной девушки!..

Кто бы мог подумать, что этот хитрюга, интриган и главный злодей семьи обладал таким сказочным даром нашего Праотца в виде удивительной глубины голоса, от звука которого просто невозможно было сдержать мурашек по всему телу!

Меня тошнило от воплей мужчин и запаха крови, который словно пар поднимался над поляной, что стала в буквальном смысле алой, оттого настолько сильно пропиталась кровью, пока я утыкалась лицом в плечо своего Янтаря, чтобы дышать только его родным ароматом, не ощущая больше ничего. Если бы еще ничего не слышать и не видеть этого месива!

Дернувшись всем телом и видя теперь серьезные и мрачные глаза своего солнечного Бера, которые никогда не теряли своего тепла и радушности, если только ситуация не становилась из ряда вон плохой и опасной, я крутила головой, пытаясь понять, что происходит, и почему оба Бера остановились, аккуратно поставив нас с Мией на землю.