– Я знаю, – сказал я, улыбаясь ему, – но я не собираюсь сейчас спорить с тобой, насколько я отстойный или наоборот. А ты можешь и дальше верить, что я не отстойный.
– Я всегда считал, что ты замечательный.
Вот блин. Я никогда не умел рассуждать на такие темы.
– Я тоже. В смысле, я тоже считал тебя замечательным. А не себя. Я никогда не отличался завышенной самооценкой. Я не настолько самовлюблен. Слушай, может, лучше займемся сексом?
– Люсьен, ты, как всегда, романтичен.
– Вот так я самовыражаюсь. В этом особенность моего уникального очарования.
Оливер фыркнул, но все равно позволил мне отвести себя в спальню. Где я его медленно раздел, не переставая все это время целовать. Он сдался под напором моих ласк, и я постепенно полностью растворился в ритме его тела и в его жадных прикосновениях. Никогда и ни с кем я не испытывал ничего подобного – я не сдерживал себя и вместе с тем хотел, чтобы он ощущал себя дорогим, особенным и защищенным, чтобы испытал те же чувства, что дарил мне он сам. Я обнимал его, а его пальцы впивались мне в кожу, мы двигались синхронно и… да… я смотрел ему прямо в глаза. И я шептал ему, говорил… всякий вздор. Непристойный вздор о том, как он для меня был важен и как чудесно мне было рядом с ним. И я… и мы…
Послушайте.
Согласитесь, о таких вещах не рассказывают посторонним, правда? Это касалось только нас двоих. И для нас это было все.
Проснулся я, если честно, довольно рано для воскресного утра от того, что Оливер, уже полностью одетый, легко поцеловал меня в лоб. В этом не было ничего необычного, ведь Оливер как взрослый ответственный человек не любил подолгу валяться в постели, но все равно что-то тут было не так.
– До свиданья, Люсьен, – сказал он.
Я внезапно и очень резко проснулся, и такое утреннее пробуждение было мне совсем не по душе.
– Постой. Что? Ты куда?
– Домой."
"– Почему? Если у тебя работа, можешь делать ее здесь. Или подожди десять минут, – ну, десять минут – это при самом оптимистичном раскладе, но все равно, – и я поеду с тобой.
– Ты меня не понял. Мы чудесно провели время вместе, и я благодарен тебе за поддержку, но мы сделали все, о чем договаривались. И нам обоим пора двигаться дальше.
Что сейчас такое происходило?
– Погоди. Что… я… – Но ведь мы же говорили, что в самом деле испытываем друг к другу чувства. Такие слова нельзя взять назад.
– И, – сказал он холодным пустым голосом, – мы также договаривались, что дождемся конца действия нашего договора и не будем брать на себя никаких официальных обязательств.
– Хорошо. В таком случае я… готов сделать официальное заявление.
– Мне кажется, это плохая идея.
Я по-прежнему не понимал, что вообще такое происходит? Но был уверен только в том, что не хотел вести такой разговор голышом. Хотя выбора у меня, похоже, не было.
