Те оглянулись на меня, недобро поглядывая, но спорить не стали. Ника понимающе кивнула, Рокси нахмурилась.

Дверь тихо скрипнула за их спинами.

– Привет, – прошептала, пытаясь прочистить горло, но сил говорить не было.

Только безграничная усталость. И страх, что он не успел.

Натан шагнул вперед.

Я рванула с места и повисла на его плечах.

– Привет, – проговорил он, накрывая меня мягкими, но такими крепкими руками.

Я разрыдалась. Просто ревела, не понимая, откуда во мне столько слез.

– Прости… Прости… Я так испугалась. Я не знала, что мне делать. А она… Что с Лизой? Ты ее нашел?

Натан погладил мои волосы, растрепанные и спутанные, обнял и отвел обратно к диванчику. Мы опустились вместе.

– Да, я ее нашел.

Я выдохнула. Сердце, которое мчалось галопом в груди, стало замедлять бег и выравнивать ритм.

– Она в порядке?

Натан помолчал. Недолго, но достаточно, чтобы испугаться вновь. Бедная девочка! Бедный малыш!

– Да, Лиза жива. Она в больнице.

– Ах, – вырвалось вместе с дыханием. – Что с ней? Что она сделала?

Натан покачал головой.

– Ничего хорошего, Эмма. Ничего хорошего.

Мне стало тошно. Сломанная девочка, у которой не оказалось поддержки в сложную минуту. Я справилась, когда мне было больно, когда ходила на грани. Она не смогла.

– Все серьезно?

– Жить будет.

– Но…

– Но ей предстоит лечение. Длительное лечение.

– Боже мой, – прошептала, пряча мокрое лицо в ладонях. – Но как? Как же так?

– Она хотела покончить с собой, Эмма.

Я категорично закачала головой.

– Но как же ребенок? Что вообще произошло?

Натан прижал меня к себе, обвил руками, будто щитом и выдохнул в шею.

– Лиза была напугана. Она мне так сказала.

Он кивнул.

– Ее бабушка живет в другом городе. Дед умер недавно, а у бабушки серьезные проблемы со здоровьем. Лиза была напугана тем, что ее не примут обратно. Я арендовал для нее жилье здесь, старался обеспечить ей беззаботную жизнь. Но…

Он вновь замолчал.

– Ты хотел позаботиться о ней, не вмешиваясь в ее жизнь.

– Так нужно было.

– Я знаю, – прошептала. – Мне сказал Йохан. Я просила, поэтому не злись на него.

– Я злюсь на себя, потому что не смог тогда рассказать. Мне казалось, ты не поймешь.

– Ты ошибаешься. – Я покачала головой, всматриваясь в его темные от беспокойных мыслей глаза. – Я понимаю тебя. Понимаю, как никто другой. Ты всегда решаешь свои проблемы сам. Не пускаешь никого в свою голову, не открываешь сердце, потому что кажется, что другие тебя не поймут. Я поступала так же. Не подпускала к себе друзей, боясь получить в ответ не то, что хотела бы услышать. Боялась быть слабой перед ними, стать размазней. Мы оба… Кажется, мы оба дефектные. Прости, я прогнала тебя, не дав шанса высказаться. Мои эмоции взяли вверх надо мной… Прости.

Натан улыбнулся. Легко, но с капелькой горечи.