В отличие от глаз латийцев, они не занимали пол-лица, а руки больше не превращались в клинки. Вместо этого её кисти лишь слегка вытянулись, превратившись в костяные когти. Теперь она была полноценной.
Уилл первый раз видел, как она поменялось, с тех пор как её насильно пробудили. Девушка вытянула указательный палец и, проведя им по щеке Ворона, улыбнулась:
– Пожелай мне удачи.
– Ты достаточно сильна, чтобы обойтись и без неё, но всё же... удачи. – Ворон притянул её к себе и, поцеловав, серьёзно добавил: – Не вздумай умереть.
Нанель не стала задерживаться и, коснувшись ручки, с которой капала такая же чёрная, как сама дверь, жидкость, распахнула её и, сделав шаг, исчезла в темноте.
Как только дверь закрылась, она тут же исчезла, сменившись другой, будто намекая на то, что в одну и ту же, как и в реку, дважды не войдёшь.
– Что ж, а теперь нужно выяснить, заканчивается ли этот коридор. Может именно там и есть нужная мне дверь… – Уилл пришёл к этому выводу полчаса назад, когда подумал о том, что пусть все эти двери и выглядели весьма интересно, но он не раз пребывал в ситуациях, где за очевидным решением скрывалось множество иных возможностей.
Ворон вновь пребывал в ситуации, когда лучше проверить, прав ты или нет, потратив на это время и силы, чем поддаться минутным слабостям и сделать, так как сделали бы остальные… Как много игроков, попав в это место, решили бы пойти до конца? Сотни, не более. Как много бы из них, сдались на полпути? Десятки.
Ворон вновь бежал. Вперёд, туда, где пересекались возможность и удача. Где неуловимо маячила надежда на лучший исход. Абсолютно белый коридор, пропитанный светом, который источали стены, потолок и пол тянулся всё дальше и дальше. Двери мелькали где-то на периферии, там же, где до сих пор висело сообщение о том, что ему нужно выбрать одну из них. Цвета сливались в пятна, и вскоре это перестало иметь значение.
Мысли о том, что он зря тратит время, с каждой потраченной минутой приходили всё чаще и чаще.
Метры сменялись метрами, шаг – шагом, а впереди, будто издеваясь над всеми его потугами, ждала лишь яркая белизна коридора. Она насмехалась над его стремлением достичь конца. Попирала законы логики и плевала на чужие рассуждения о том, что финал обязательно должен быть.
Ему не раз приходилось бегать. Да.
Не раз быть на пределе или на грани.
