– Да, Людмила Сергеевна, – выталкивала мажора на площадку.
– Здравствуйте, – поздоровался он басом с изумленной сиделкой.
– Здравствуйте! – рассматривала его во все глаза женщина. – А вы, должно быть, друг Наташи? – по её лицу сложно было определить какого мнения она о данном экземпляре, но таких парней в округе явно не обитало, и я видела, с каким интересом она его разглядывала.
– Да, я её…
– Он просто знакомый, Людмила Сергеевна, – перебила его, чтобы этот ненормальный не ляпнул какую-нибудь ерунду. Еще молью назовет меня при сиделке, как мне потом ей в глаза смотреть? – Помог мне подругу привезти. Ей плохо стало, а родители строгие. Вот и решили, что у меня переночует.
– Ясно, – тут же потеряв интерес к Державину, перевела на меня взгляд.
– Он уже уходит. Не будет мешать спать, – все-таки вытолкнула блондина на лестничную площадку.
Чтобы не дышать подъездными парами, пошла вместе с ним на улицу.
– Спасибо, что помог. Всего доброго, – сказала ему, собираясь скрыться в подъезде.
– Спасибо, что помог, кто? – схватился за дверь, не позволяя мне ее закрыть.
– В смысле, кто? – подняла голову, встречаясь с его глазами, цвет которых совершенно не видно во тьме.
– Ты меня ни разу не назвала по имени, – лицо казалось чересчур сосредоточенным, и мне не нравилось, как сгустилась атмосфера вокруг нас.
– Точно так же, как и ты меня, – хмыкнула. – Ты ведь даже не знаешь, как меня зовут. Не запомнил за два с лишним года. Да и зачем напрягать извилины бесполезной информацией. Наверняка не помнишь даже ту, с кем провел прошлую ночь, не то что Моль-сокурсницу, – выплюнула ему в лицо.
Замолчала, тяжело дыша, будто пробежала целый марафон, а не выплеснула на обнаглевшего мажора эмоции.
– Наташа, – разрезал ночную тишину его низкий голос, и у меня отчего-то плечи осыпало мурашками. – Ты – Наташа. Теперь твоя очередь? – смотрел пристально, будто пытаясь проникнуть мне в голову, и это заставляло нервничать."
"– Пётр, – тихо пробормотала я, не прерывая зрительного контакта. – Доволен? – почему-то почувствовала, будто меня только что обвели вокруг пальца. Только в чем именно, не могла понять.
– Нет, – сказал без тени улыбки. Таким сосредоточенным и серьезным мне не приходилось его видеть.
– Что еще? Может назвать тебя по имени отчеству и поклониться в ноги вашей светлости? – с трудом скрывала то, как он меня раздражает.
– Утрируешь, – без эмоций отбил мой выпад.
– Тогда что? – он сбивал меня с толку. Зачем ему этот странный разговор, зачем он вообще сунулся мне помогать. Эти мысли не давали покоя, но пока не получалось отыскать их истоки.
– Ты мне интересна, – выдал то, чего я совсем не ожидала.
– Чего? – ошарашено смотрела на него, ожидая, что вот-вот он захохочет и скажет, что пошутил.
