И жилые дома в ровную сплошную линию вытянулись, а здесь – пустырь над рекой, асфальтовая, но кривая дорога через него, чуть в стороне от воды – серые заборы металлопрокатного завода, коробки цехов за ним, башенные краны. Но сегодня воскресенье, предприятие не работает. Так что с этой стороны свидетелей быть не может. Со стороны реки – тоже. Оставался только рынок, но там с операми никто разговаривать не хотел.
– Будут, но пока нет, – задумчиво повторил Потапов. – Откуда тогда знаешь, что в первого из машины стреляли? Может, убийца вышел из машины?
– Нет, расстояние не позволяет, – покачал головой оперативник.
– Ясно, – оборвал Михаил лейтенанта. – Но все равно, свидетелей надо искать.
– Сейчас наш начальник подъедет. Я его ждал, а приехали вы…
Первушин пытался, но не смог удержать улыбку.
– Да, там еще охранник в будке, – вспомнил Первушин и показал на ворота рынка. – Он тоже мог видеть. Но говорит, что занят был, чай пил, когда все случилось…
– Охранник?
– Ну да, штатный охранник из ЧОПа. Их тут по трое в смене: один в будке, другие по территории ходят…
– А эти, значит, внештатные охранники, – Потапов взглядом показал на ближайший от него труп.
"– Ну, вы же из РУБОПа, должны понимать, – многозначительно развел руками Первушин.
Михаил кивнул. Он действительно все понимал. И знал, что «Подмост» входит в сферу влияния бандитского авторитета Терехи, а эти ребята, что лежали сейчас на земле, работали на него, смотрящими были за рынком. Об этом можно было судить хотя бы по серебряным цепям на шеях покойников: Тереха строго следил за тем, чтобы низовые бойцы его бригады не пользовались золотыми.
Если кто-то убил этих ребят, значит, кому-то это нужно.
– Да я-то понимаю… Ты давай, своего начальника жди, а я пойду с охранником поговорю. Кто вас встречал, когда вы сюда подъехали?
– Ну, наряд был, патрульно-постовая служба… Кто-то позвонил с мобильника, сказал, что убийство возле рынка. Номер установили, скоро узнаем, кто звонил…
– А охранники здесь вас не ждали?
– Нет. Они как будто ничего не видели. Как будто… За полчаса столько машин мимо проехало – и к рынку, и обратно.









