Назывался он «Соррель». Командовал им старый друг Эриксона, капитан-лейтенант Рамсей.

* * *Раздался стук а дверь. Вошел старший сигнальщик Уэлльс с запечатанным конвертом в руках.

— Секретный пакет, сэр, — сказал он почти торжественно. — Только что доставлен катером.

Эриксон неторопливо разорвал пакет. Внимательно прочитал содержание.

«Корвету «Компас роуз» выйти в море в 12.00 6 февраля 1940 года и присоединиться к конвою АК-14. Командир боевого охранения находится на ЭМ «Вайперос». Уведомить о вручении».

Эриксон еще раз прочитал приказ и сказал:

— Запишите: «Командующему флотилии от «Компас роуз». Ваш № 0939-4-2 получен.» Отошлите это сейчас же.

Итак, они отправились в бой.

Часть II. 1940 год. РАЗМИНКА

Война еще только разгоралась.

Был торпедирован и потоплен немцами лайнер «Атения». На нем погибло 128 человек. Это произошло 3 сентября, в первый день войны. А 14 сентября потопили первую немецкую подлодку. За тот первый военный сентябрь погибло 40 судов. К концу года пошли ко дну два испытанных и надежных боевых корабля — авианосец «Корейджес» и линкор «Роял Оук». Как и «Атения», они оказались не в том месте и не вовремя. Однако с совершенствованием конвойной системы таких трагических эпизодов можно было и избежать. Капитаны компаний-судовладельцев быстро поняли: стоит держаться конвоев, вместо того чтобы поодиночке подвергаться риску превратностей войны.

Успехи немецких подлодок пока были случайными. Вероятно, в это время их находилось в море не более дюжины одновременно. Они охотились в одиночку. Шныряли в море у берегов Шотландии и Ирландии, поджидая одиночные корабли, которые могли стать легкой добычей. Согласованные атаки стали применяться немцами значительно позже. Британии не хватало кораблей охранения, Германии — подлодок. Атлантика — океан большой, а в зимнюю непогоду — лучшее в мире укрытие.

Таким было атлантическое поле боя на заре 1940 года. Обе стороны еще не научились воевать. Подлодки постоянно крутились вокруг, но немцы надеялись на удачу, а не на искусство. И вот почти в самом начале года в эту драку вступил «Компас роуз»."

"Прекрасным февральским утром они вошли в Ливерпульскую гавань. Ярко светило солнце. Исчезли иней и морозный туман, сопровождавшие их в ночном походе. Солнце высушило мокрую одежду и согрело лица почти веселым теплом. Эриксон отлично знал этот порт. Здесь, в этом городе, он жил уже десять лет, а входил и выходил из него несчетное число раз. С нетерпением искал он глазами знакомые очертания города. Как всегда, первой из-за горизонта появилась Блэкпульская биржа, расположенная на северной оконечности города. Впереди, в устье Мерея, показался плавучий маяк, качающийся на волнах.