И все же размер его пениса ввергает меня в шок. Неужели эта штуковина была во мне?
Краснею и задыхаюсь, осознавая возбуждение Тихомирова, и свою мгновенную отзывчивость на сей факт. Его член толстый и в стойке смирно почти достигает пупка. При движении слегка раскачивается, но упорно держится вертикально.
— Заходишь, Птичка? — спрашивает Тимур, прежде чем потянуться и опустить ладонь на смеситель.
Естественно, я сбегаю. С такой скоростью, что на пороге в спальню спотыкаюсь и чуть не стелюсь там ковриком.
Ни стыда, ни совести…
Ругаю Тихомирова. А сама? Что у меня есть кроме страхов и понимания, что завтра будет больнее? Ничего. Я реагирую. Я отзываюсь. И с неменьшим жаром желаю близости. С ним. Ведь за четыре года меня не заинтересовал ни один мужчина. Даже когда я попыталась взглянуть на Костю другими глазами, ничего не получилось. Нигде не откликнулось. А сейчас… Отдалившись от ванной, избавившись от визуального и эмоционального давления, тело еще дышит жаром, сердце распирает грудную клетку, а низ живота скручивает спазмами.
Войдя в кухню, испытываю удушающую неловкость под озадаченными взглядами Дианы и Инги.
— Тимур Муратович велел сегодня погулять с Мишей по округе, — подает голос няня. — А завтра, если малыш будет готов, поехать на несколько часов в центр развития.
Не знаю, что она хочет от меня услышать. Очевидно же, что девушка собирается исполнять указания Тихомирова. Ее попытка сделать вид, что мое мнение как-то учитывается, только сильнее злит меня.
— Не уходите далеко, — прошу сдержанно.
— Хорошо, — с улыбкой кивает Инга и протягивает Мише руку.
Я чувствую себя ужасным человеком, но мое сердце ревностно сжимается, когда сын охотно вкладывает ладошку и выходит с ней на террасу.
— Что происходит? — допытывается Диана, как только мы оказываемся одни.
Я возвращаюсь к готовке, но руки заметно дрожат. Не скроешь.
— Просто я ее не знаю и поэтому переживаю, — выдаю часть правды.
— О, ну я уверена, что Клинт выбрал одну из лучших, — рассуждает коллега, заворачивая в блин из цукини мясную начинку. — Она приятная. И Мише, похоже, нравится.
Проблема только во мне. Всем, оказывается, эта девица по душе.
— Ты лучше подумай, как тебя ценит Медведь! Он делает все, чтобы ты не волновалась о сыне. Где еще такого работодателя найти? — щебечет беззаботно Диана, а я едва зубами не скрежещу. — Нет, я понимаю, что это особое отношение. Но даже друзья детства не всегда проявляют такое участие. Уж поверь мне.
— Ты права, — все, что ей отвечаю, в надежде закрыть тему.
Благо мне это удается. Но остаток дня все равно провожу на нерве. Стараюсь не выказывать свое взвинченное состояние. Однако не уверена, что демонстрация веселья имеет успех.
