— …Видишь, что получается, когда сдаешься? — продолжил он и перевел на меня взгляд. И неожиданно добавил: — Обещай мне, что не сдашься…
Я нахмурилась растерянно, но он уже поднялся, потянув меня следом:
— …Поехали.
На обратном пути я позволила себе все же поинтересоваться его планами на сегодня.
— А… если Кир будет против?
Что я несу?! Конечно, Кир будет против! И меня пугала неизвестность.
— Какая разница?
Мир, казалось, снова ушел в себя, или был недоволен моими переживаниями.
— Послушай, — я облизала пересохшие губы. — Я не сомневаюсь в тебе. Просто боюсь его.
Он перевел на меня удивленный взгляд:
— Ты его боишься?
— Не так, как тебя, конечно… — усмехнулась, но он не оценил шутки.
— Ань, постарайся не думать о моем мире. Сиди спокойно дома, гуляй, общайся с другом, пока он не отрастил хвост. — Он глянул на меня пристально, но потом вернулся к дороге. — Нельзя так переживать. Ты дергаешься по любому поводу. И дергаешь меня.
А вот это прозвучало упреком — то есть, еще и его нервирую, когда ему нужно быть собранным и спокойным. Только как быть спокойным в вольере со зверьми?!
— Хорошо, — кивнула нехотя.
Дома он снова проводил меня до крыльца, где уже ждал Влад. Давно его не было… Мир перебросился с охранником парой фраз и притянул меня к себе, когда я уже собиралась войти в дом:
— Займись вещами, хочешь — погуляй в округе, — заглянул мне в глаза, — поспи, погрейся в ванной… Расслабься.
— Позвони Лерке, пожалуйста, — попросила я. — Поможет мне…
— Хорошо, — улыбнулся Мир. Довела — теперь он радовался тому, что я хочу увидеть друга. — Буду поздно. Если что — Влад рядом, и он со мной свяжется. Завтра привезут тебе новый мобильник.
— Спасибо…
Лерка примчался уже через двадцать минут. Я сделала чай, разогрела обед, и мы принялись разворачивать коробки. Старалась не думать о Мирославе, но получалось плохо. Как можно было не думать о центре теперешней твоей вселенной, если он ушел, по большому счету, на войну?! Бред… Но я все равно старалась.
— Так, а когда ты идешь за зверем? — поинтересовалась, когда друг принес очередные коробки на порог спальни. Оказалось, что внутрь ему входить нельзя.
— Не знаю, Ань, — выдохнул Лерка, усевшись на пол. — Келль говорит, почувствую…
— Расскажи, как это произошло? Это из-за меня?
Тема была щекотливой, но мне нужно было знать.
— В общем, да, — замялся он, — но это правильно, Ань. Раньше у меня не хватало смелости. Сейчас нужно через это пройти.
— Почему не хватало? Ты же оборотень.
— Я боялся, — пожал он плечами, обаятельно улыбаясь так, как мог только он.
— Это так страшно?
— Это меняет. Я видел, как это происходит, какими становятся иногда те, кого ты любил. Не все справляются со зверем, — усмехнулся он. — Оборотни — настоящие мужики.
