Я не могу принять такое решение! Не могу!

Но я уже его приняла. Через час в клинике этот вопрос решат, но…

Вот об это «но» разбивались все здравые аргументы. Все.

Села, стирая слезы с опухшего лица и заставив себя подняться с постели шагнула к шкафу.

Одевалась на автомате, сунула в сумку мобильник, деньги и ключи от номера и вошла в лифт с одной единственной мыслью в голове: если не сделаю это сейчас, уже никогда не смогу.

Такси ловить не стала, решила прогуляться, пара кварталов – плевое расстояние до клиники, да и день погожий, будто в насмешку над ситуацией и моей жизнью. На душе кошки скребут, а солнышко греет, будто бы ничего дурного не происходит. Создает иллюзию нормальности этого дня. Внушает ложную уверенность, что все будет хорошо.

Перехожу улицу на светофоре, неспеша двигаюсь в сторону клиники, и уже вижу вдалеке заветную вывеску, но моей локоть тут же сдавливают, и я вздрагиваю. Какой-то бритоголовый мужик грубо хватает меня за талию, я пискнуть не успеваю, к носу подносят вонючую тряпку, и мир вокруг меркнет.

Медленно прихожу в себя. Голова будто чужая. Раскалывается и пульсирует, в горле сухо будто в пустыне, и тело ватное. Пытаюсь открыть глаза, и тут же слышу откуда-то сверху скрипучий голос.

– Очнулась, птичка, – неприятный голос. От такого мурашки отвращения бегут по коже, хочется поежиться, становится неуютно.

С усилием разлепляю веки и первое что вижу – красный полог над кроватью. Будто я в покоях короля. Бордовый цвет режет глаз и раздражает своей навязчивостью. Он будто кровь напоминает о чем-то страшном, и меня начинает тошнить.

Поднимаю голову и понимаю, что я лежу на широкой постели в комнате, где даже стены красные. В изножье стоит какой-то мужик. Коренастый, толстеющий, с широким лоснящимся лицом, с которого не сходит плотоядная ухмылка. Собрав все силы в кулак, я приподнимаюсь на локтях и машинально отползаю, чувствуя исходящую от мужчины опасность.

Он оглядывает мое тело.

Почти голое, на мне только две прозрачные тряпки: кружевной лифчик, который не прикрывает даже соски, и трусики, которые только номинально так называются.

– Кто вы? – хрипло произношу сквозь скребущую в горле боль. Мужик скалится."

"– Мне говорили, что ты сладкая, но я не думал, что настолько, – вместо ответа его фраза царапает нервы, и я подтягиваю ноги к себе и жмусь к спинке кровати, пытаясь прикрыться. – Если будешь хорошей девочкой, я щедро тебе отплачу…

Глава 28

Офис встречал суетой.

Новость о том, что я попал в больницу облетела всех, и теперь все с интересом смотрели на меня идущего вполне себе здоровым шагом в строгом костюме по коридору к лифтам. Стоило бросить взгляд в сторону столов, где сидели клерки, все сразу же активно делали вид, что заняты по уши.

Меня это не злило, забавляло.