Поговаривали, что в случае неподобающего поведения царь Ваня мог однажды проснуться монахом одной из дальних обителей, каким-нибудь братом Епифанием, а на трон взошла бы старшая из его сестер Александра Федоровна… Но однажды водитель авто императрицы на крутом повороте не справился с управлением, и тяжелая пятитонная машина-кабриолет на бешеной сорокакилометровой скорости покатилась с косогора, ломая хрупкие человеческие кости…"

"На этом месте энергооболочка сделала историческое отступление и стала рассказывать, как за семьдесят лет от сего момента престарелый Михаил Николаевич Романов (он же царь Михаил Второй) делил между пятью сыновьями единую тогда русскую землю.

Старшему Алексею — царский трон, Центральные губернии и Прибалтику, включая отвоеванный в ходе вразумления Пруссии Кенигсберг. Второму сыну, Александру — потомственное наместничество над Анатолией, Сирией и Месопотамией. Третьему сыну Сергею — такое же потомственное наместничество над Белой Русью, Малороссией, Привисленскими губерниями, Бессарабией, Молдавией и Валахией. Четвертому сыну, Дмитрию — Юг России и Кавказ с Туркестаном. Пятому сыну, Андрею — Сибирь с Дальним Востоком. Жирные, надо сказать, куски нарезал в потомственное владение младшим сыновьям царь Додон, то есть Михаил, не постеснялся.

Однако шли годы, а вместе с ними сменялись поколения. Младшие ветви дома Романовых все сильнее удалялись от хиреющего главного ствола, превращаясь в самостоятельные кланы-династии. Все должно было решиться в тот момент, когда старшая ветвь иссякнет сама собой и главам младших кланов придёт время сцепиться за власть над страной или… разорвать её на части.

Константин Петрович Романов, глава клана Александровичей, уже и корону византийского императора на свою лысую башку примерял. Этот деятель даже ислам принять готов, лишь бы это помогло ему удержаться на самодельном престоле. У Владимира Николаевича Романова, главы клана Андреевичей, владение тоже должно выйти неплохим, размером с две Франции. Кавказ с Туркестаном и Сибирь — это территории поплоше, где без поддержки из Центральной России недолго и загнуться, поэтому потомки Дмитрия Михайловича и Андрея Михайловича сцепятся в схватке за власть над главным троном в Москве, а не будут пытаться укрепить свои династии в Омске и Тифлисе.

Больше всего существование вдовствующей императрицы было поперек планов потенциального недовизантийского императора. Если бы эта бешеная баба продвинула на престол свою старшую дочь с потомством, то на идее константинопольской самостийности можно было бы ставить крест надолго, если не навсегда. Властности и авторитета что у старшей, что у младшей для этого хватило бы с избытком.