Ему захотелось увидеть, на какое дно я без него упала. Наверное расстроился, что я не спилась, а мысли то такие были. — горько усмехнулась Ида. — Без Софии может и спилась бы.
— Не думаю, что он только за этим приехал.
— Ну да, ещё за тем, чтобы меня обозвать шлюхой ещё разок. Надавить сыном по ране и сверху добавить смерть моего любовника. Экскурсионная программа по городу N выполнена! — невесело рассмеялась Ида.
— Вот давай подумаем, а если бы он был на твоём месте? Вот поймала бы ты его на измене в отеле с девушкой сомнительной репутации, ну устроила бы скандал, ну пообижалась, поплакалась бы подружкам, может даже простила бы, а может и развелась.
Ида поджала губы и спрятала свои глаза, чтобы Галина не увидела в них ложь, про измену Влада она так и не смогла признаться. Будто это что-то стыдное, и стыдно почему-то было ей.
— И всё равно, на сыне бы общем это не отразилось, вы бы воспитывали его вдвоём. Сели бы и договорились, что для него лучше. Но ты не мужчина. Тебе такие привилегии после измены не положены. — вздохнула Галина. — Такая вот гендерная несправедливость.
Ида промолчала, она уже травила себя этими мыслями, что от них толку? Да, будь на её месте Влад, всё было бы иначе, но на её месте она сама, и всё так как есть и не будет по-другому.
— Он приехал не просто так, Ида. — снова повторила Галина. — Влад обижен, унижен и оскоблен, как и каждый мужчина был бы на месте обманутого мужа. И всё же он приехал за тысячу километров, чтобы тебя увидеть.
— Моё унижение увидеть. — поправила её Ида.
— Нет, думаю, чтобы увидеть тебя. У вас была такая любовь, которая не каждому человеку в жизни встречается хоть раз. Он скучает, также как и ты по нему, хоть и ни слова об этом за это время не сказала. Раны затягиваются со временем, даже самые глубокие. Он не готов простить, пока нет. Но ты его ещё увидишь, я думаю.
Мудрость Галины Александровны Ида никогда не ставила под сомнения, это был первый раз. Ночью, ворочаясь в холодной кровати, под стук дождя за окном, Ида неожиданно расплакалась, позволяя давно забытым чувствам выплеснуться наружу.
После ухода из дома, она затолкала чувства к мужу так глубоко внутрь, что уже о них и забыла в суете будних дней. Она вставала рано утром, ложилась поздно ночью, а всё свободное время посвящала Сонечке или работе, думать лишнего было некогда. Ида забыла, когда она думала даже о себе или делала что-то для себя. Она и себя затолкала поглубже, оставив самое светлое, что у неё было в жизни на поверхности — Соню.
А теперь появился Влад, засунул руку ей внутрь по самый локоть и вытащил оттуда всё, что она пыталась забыть. Ей надо было забыть, чтобы выжить. Забыть, как сильно она его любила, как не могла без него дышать.
