"Василий Головачёв

Избавитель

Господь, благословиНезримый мир святого пилигримаИ дай земле твоей ночь мира и любвиИ.БунинПРОЛОГ

Он проснулся от неясной тревоги

Полежал, не открывая глаз, прислушиваясь к своим ощущениям Привычным усилием воли вызвал отсчет времени два часа ночи с минутами Что случилось? Почему сторож организма разбудил его мягкой кошачьей лапой, а не трахнул по черепу с криком вставай, самурай, за тобой пришли?! Что означает этот «несанкционированный» ночной подъем?

Что-то тихо прошелестело в воздухе – словно пролетел сюрикэн.

Такэда приоткрыл веки, готовый увидеть призраков или гостей во плоти и крови, но в спальне никого не было Только на тумбочке моргала зеленым и желтым искорка света, отсчитывая секунды, как таймер

Искорка света.

.. Такэда рывком сел

Это светился эрцхаор! Магический перстень, полевой индикатор, реагирующий на появление в хроне носителей силы!

– Мо дзикан-га киратэ имас! – прошептал Такэда по-японски, суеверно отмахиваясь одним пальцем Камень эрцхаора мигнул еще раз и погас

– Так-то лучше

Но искорка света возникла вновь, замигала чаще И тотчас же приглушенной трелью залился дверной звонок Такэда набросил на себя халат, открыл дверь Перед ним стоял седой старик в видавшем виды осеннем пальто, без шапки, в потрескавшихся осенних ботинках без шнурков Лицо у него было синее от холода, руки спрятаны в карманы пальто, и весь он был какой-то мятый, скукоженный и жалкий, только глаза светились изнутри знакомым магическим блеском.

– Пусти погреться, оруженосец, – хрипло проговорил старик.

– Посланник! – пробормотал Такэда.

– Всего лишь курьер, – усмехнулся ночной гость.

Такэда отступил в сторону, впуская незнакомца, предложил тапочки и провел в гостиную.

Спросил, видя, что осматривающийся гость дрожит как осиновый лист и не спешит начинать разговор:

– Каким ветром вас занесло в наши края?

– Ветром перемен, – ответил старик, глядя на коллекцию холодного оружия хозяина, повернулся к Тояве. – Мост почти готов, еще немного – и ОН вернется.

– Люцифер!

– Денница. Утренняя Заря, Великий Экспериментатор и Созидающий Разрушитель. Его возвращение из Болота Смерти будет означать новое потрясение Веера и как следствие – новые войны и жертвы. Этого допустить нельзя.

Зовите Седьмого, будем беседовать. Надеюсь, мне удалось обмануть нюхачей СС и мое появление здесь не засекли их наблюдатели.

Такэда поднял трубку телефона, набрал номер Сухова:

– Ник, одевайся тихонько и ко мне.

– Ты с ума сошел! Два часа ночи! Что случилось?

– У меня... гость. Секундная тишина.

– Посланник?!

– Курьер. – Такэда покосился на старика, коротко добавил:

– Жду.

Положил трубку.

– Чай, горячий шоколад, глинтвейн, кофе?

– Мы люди простые, кофеями и глинтвейнами не избалованные.