Никита и Кави быстро поели, Кави собрал в свой пустой мешок все фрукты и мясо.

– Будет чем перекусить, день долгий.

Кави собрал инструменты, и оба вышли на улицу.

Воины поприветствовали их, приложив руки к груди. Один из них зашёл в гостевой дом, снял верёвку, висевшую на стене, туго связал инструменты и закинул себе на плечо. Двое других показали Никите на носилки:

– Садись, чужеземец! Вирт велел беречь тебя, и мы доставим тебя со всем старанием.

Никита уселся на носилки. Они были велики, с его ростом на них можно было даже лежать. Воины подняли его, и Никита оказался на четырёхметровой высоте. Атланты пошли мерным быстрым шагом.

Кави постоял некоторое время, не скрывая удивления, но потом опомнился и бросился догонять.

Теперь им приходилось подниматься вверх по склону.

Когда перевалили седловину, атланты побежали. Носилки раскачивались, и Никита уцепился за края, чтобы не вывалиться.

Воины бежали и бежали, и дыхание их было ровным. Наверное, тренировки. Ведь в любой армии марш-броски – излюбленное упражнение командиров.

Они преодолели изрядное расстояние. Кави устал и стал отставать.

– Отдых! – объявил старший.

Носилки опустили на землю, и в этот момент подбежал запыхавшийся Кави. Он почти рухнул на землю.

– Я так долго не выдержу, – почти простонал он.

– Слабак! – как камнем бросил старший. – Зато к вечеру, ещё до сумерек, будешь дома.

Кави молчал – он восстанавливал дыхание. Воины-носильщики тоже сидели, а старший стоял, бдительно озирая местность вокруг.

Вдруг он поднял всех:

– Сюда что-то летит! Бегом к лесу!

Никита едва успел заскочить на носилки.

Теперь атланты бежали действительно быстро, местность так и мелькала. Носилки раскачивались. Кави, подгоняемый страхом, не отставал. Остаться одному на открытой местности было и страшно, и опасно.

Они успели вбежать в лес и нырнуть под густые спасительные кроны деревьев. Было видно, что и воинам забег дался непросто. Они тяжело дышали, с лиц градом катился пот. Мчаться с носилками, на которых восседал он, Никита, да ещё так быстро? Просто вау!

Почти сразу раздался шум крыльев, и над ними, едва не задевая деревья, пролетел птеродактиль. В чистом поле против хищного ящера шансов выжить у них не было.

Атланты постояли немного, отдышались после бега. Затем старший вышел из-под крон деревьев и осмотрелся:

– Вроде не видно.

Решено было для верности идти вдоль опушки. Решение было разумным, потому как не успели они пройти и четверти часа, как из-за деревьев снова показался ящер. Не видя за кронами людей, он пролетел мимо, но тут же развернулся.

Атланты снова нырнули под кроны деревьев – тут они были для ящера недосягаемы. Сверху напасть мешают деревья, на земле – тоже. К тому же этот вид ящера в воздухе стремителен, а на земле неуклюж.