Врачи все время на связи, фильтры и защитные костюмы вроде помогают. Но если грузы пойдут вот так, один за другим, и будет решение, что новую землю надо исследовать, на той стороне нужно будет больше людей. Намного больше.

Седой прищурился, стараясь засечь момент, когда произойдет перемещение, но не смог – транспортер исчез мгновенно.

– Каждый час мы получаем отчет от нашей команды, стараемся набрать побольше информации, пока другие нас там не потеснят, – в голосе очкарика прозвучало раздражение. – Это наша страна.

– Это политика, – равнодушно сказал седой.

 – Иначе – война. Сейчас ничего не скрыть, с этим общим интернетом со спутников секретные операции у малолетних задротов как на ладони. А там, за порталом, изолированное место, где никто не наблюдает, не действуют законы и патентные права, поэтому спецслужбы на ушах стоят. В ближайшее поселение прибыла первая группа из АНБ, через три дня прилетают китайцы из Второго управления, а там и русские должны подтянуться. Заседание ООН состоится на следующей неделе, и этой территорией займется Совет безопасности, но надежды на какой-то порядок все равно нет, каждый будет тянуть одеяло на себя. Только по уже поданным заявкам, до конца года на ту сторону перейдут три тысячи человек, и наших там будет едва ли пятая часть. Хорошо хоть нам разрешили дать новой земле свое название. Терра Сегунда.

– Наши политики, наверное, долго его придумывали, – улыбнулся одними губами капитан, снова махнул рукой, в круг въехал еще один погрузчик.

– Долго, – кивнул седой, – и это не худший вариант.

Глава 1

17 марта 318 года от Разделения, вторник

Верхний город (Сидаже Алта),

остров Параизу, Сегунда

Просторная столовая была уставлена дорогой мебелью, не какой-то там модной поделкой из биопластика, а настоящей, деревянной, из массива махагона.

Белоснежная скатерть спускалась почти до пола, выложенного плитами местного крапчатого мрамора.

Окна, несмотря на то что уже почти наступила ночь, были плотно зашторены, помимо ткани, стекло дополнительно затемнялось специальной пленкой, чтобы как можно меньше лучей солнца проникало внутрь. Естественное освещение заменял свет, льющийся с потолка, не очень яркий, он равномерно освещал комнату, практически не давая тени.

– Я не буду это есть! – Мальчик лет шести-семи, худой до прозрачности, швырнул вилку на стол. Она ударилась о край фарфоровой тарелки и звякнула. – Ни за что! Сколько можно, Мири, я ненавижу свинину. И яйца. И овощи.

– Не капризничай. – Высокая черноволосая девушка с тонкими чертами лица встала из-за стола, забрала почти полную тарелку, швырнула в проем моечной машины. – Смотри, какой тощий стал, северным ветром сдует. Где ты силы возьмешь, великий мастер?

– Найду.