А там, где-то в городе, будет ждать веселая, классная девчонка. Помню, я когда-то смотрела фильм «Исчезнувшая», и навсегда запомнила этот момент, когда Эми уезжает из города, а главное, что она говорит: «Классная девчонка» — мужчины ведь всегда так говорят, да? Хотят сказать комплимент: «Она классная девчонка. Она сексуальная. Она всегда на всё готова. Она прикольная. Она никогда не злится на своего парня. Она только улыбается очаровательной, немного грустной улыбкой и затем открывает рот, готовая принять его член. Ей нравится то, что нравится ему». И знаете, он скорее всего виниловый хипстер, обожающий японские комиксы.

Если ему нравятся конкурсы мокрых маек, значит она шляется по магазинам, болтает о футболе и поедает куриные крылышки в забегаловках. Встретив «его» я знала, что ему нужна «Классная девчонка», и, признаюсь, ради него я готова была постараться. Я брила лобок, пила ночное пиво и смотрела фильмы Адама Сэндлера. Я ела холодную пиццу и оставалась стройной, я регулярно ублажала его ртом. Жила настоящим и была готова на всё.»

??????????????????????????

А потом он нашел себе более молодую и «сисястую», классную девчонку.

В моем случае, классная девчонка была не моложе меня, но она была легкой, а я стала надоедливой женой.

Прижимаю трясущиеся руки ко лбу, изо всех сил стараясь избавиться от картин, которые так и стоят перед глазами: поцелуй, задница, красивый пейзаж. Романтика, ха! Интересно, теперь меня всегда будет тошнить от вида, который раньше успокаивал? Задаю этот вопрос своему отражению, а потом вдруг четко вижу все, что будто и не замечала — насколько жалкой я на самом деле являюсь. Давно перестала краситься, потому что «мне нравится итак, Марин, ты очень красивая».

Одежду ношу обычную, потому что «чего ты так вырядилась?! Мне не нравится, когда на тебя смотрят!». Все настолько стандартно, что меня аж тошнит, но вместо этого я начинаю злиться.

«Любишь?! Что же было бы, если бы ненавидел? Мне страшно представить!» - а еще я вдруг вспоминаю, какой была «до» него. Веселой, интересной, постоянно куда-то ходила, а не сидела в четырех стенах, как запертая в клетке желтая канарейка.

Может в этом и была проблема по итогу? Он сделал меня той, кто ему по факту то не нужен. И я встаю на ноги. Не ради него, ради себя.

***

Когда тонкие шпильки стучат по мраморному полу, я, если честно, сама не знаю, чего хочу добиться этим, но иду вперед. Какая-то больная злоба и тяжесть на сердце будто толкают к красивым, двустворчатым дверям бара в отеле Астория. Люблю поэтичность и вообще всегда, когда ходила мимо него, мечтала побывать здесь, так чем не повод? Мне изменил человек, которому я верила абсолютно, так что спустить кучу денег с его кредитки — вполне нормальная, посильная плата за боль и унижение.

Захожу внутрь и немного смущаюсь.