Что бы я без тебя делала?
– Попросила бы Феба заказать тебе платье, а он, как твоя верная собачка, что крутится у ног, выполнил бы приказ. Ох, прости, пожелание! Он же так любит ловить и исполнять твои желания? – вдруг ядовито прошипела Шэрон.
Я ошарашенно дернулась, не понимая, откуда столько злости в голосе. И я ведь ничего не говорила о Фэбе! Она ревновала. Так сильно и так горячо, что накипевшее раздражение выплескивалось даже без повода. Вот так, из-за злосчастного платья.
– Встреча в семь. В гостиной, – бросила Шэрон, первая выходя из своей собственной комнаты или, правильнее будет сказать, сбегая?"
"Я горько улыбнулась, прижимая к груди платье. Чувствуя себя отчаянно одинокой в этом чужом мире. На что я надеялась, глупая? На то, что мы подружимся с Шэрон? Черта с два. Кроме того всплеска откровенности насчет детской комнаты, наши разговоры сводились к минимуму. Обсудить погоду. И кто что хотел к чаю.
Махнув рукой на расстройство, я отправилась в свою комнату переодеваться и готовиться к встрече. Что-то мне подсказывало, что в салоне меня встретит клубок змей.
Глава 8
Я оказалась права. Стоило войти в гостиную, как показалось, что попала на бал. Расфуфыренные дамы с высокими прическами, кринолинами, в фамильных драгоценностях устроились на бархатных диванчиках и попивали чай. Я вошла, скромно присела на краешек одного из диванов. Шэрон представила меня компании. Я плохо запомнила имена. Но мне понравилась одна из девушек с ярко-рыжими волосами и пронзительными зелеными глазами. Она была такой живой, такой искренней, так жестикулировала руками, рассказывая какую-то историю подруге, что я восхитилась ею.
– Может, ты прочитаешь стих? – обратилась ко мне надменная брюнетка-соседка, одетая так закрыто, что я поначалу приняла ее за монашку, сбежавшую из монастыря.
– Да с удовольствие, – брякнула я и почесала макушку.
Я ойкнула, когда уколола палец шпилькой. И зачем-то встала на ноги, наверное, вспомнив, как в детстве, в детском саду, рассказывали стихи стоя.
– «Травка зеленеет, солнышко блестит»… – насмешливо начала я, а потом не выдержала, рассмеялась и села обратно. – Простите, у меня нет таланта к стихосложению. Мне лучше дается проза.
– О, так это тебе в наш клуб! – обрадовалась та самая девушка с рыжими волосами, которая так понравилась мне поначалу. – Мы пишем заметки о жизни в столице. А потом читаем их друг другу.
– Жаль, что только друг другу. Было бы здорово, если бы ваши заметки могли прочитать все желающие в столице? – с улыбкой ответила я, перебираясь на диванчик к той девушке.
Кажется, ее звали Аннет? Так и не запомнила имя.
– А это как? – захлопала ресницами Аннет. – Выходить на площадь и читать вслух что ли?
Все, как одна, молодые женщины, рассмеялись. Я вздохнула, закатив глаза.
