Где мне казалось так будет всегда, я никогда не полюблю другого, ничего не случится. Но случилось и полюбила и тот кто самый родной стал, в один миг чужим стал. Однажды в твою жизнь приходит человек и ты начинаешь жалеть, жалеть обо всех кто был до него, кто касался тебя, кто мог спокойно входить в твою жизнь. С приходом этого человека, ты больше никого не хочешь, только чтобы был он и больше никто. Касался тебя, любил, дарил тебе свое тепло.... И когда его рядом нет, ты скучаешь, ты сходишь с ума в ожидании и минуты без него кажутся часами, а дни пустыми и холодными.

Ты просто хочешь быть рядом с ним, больше тебе никто не нужен и все что происходит без него в твоей жизни теряет смысл.... Тебе нужен только он, надежный любимый и родной. Ждите именно таких людей, не впускайте в свою жизнь других.... Именно таким у меня и стал тот по сути с кем и не связывало толком ничего, а я влюбилась, сильно влюбилась. Будьте счастливыми, даже если ссоритесь не доводите никогда до расставания, в какой-то момент можно подойти, обнять выговориться, коснуться руки, посмотреть в глаза и увидеть в них, как раньше было хорошо. А после примирения стать еще счастливее и понять: Вы вместе, все наладилось и все ошибки, все что было, все забыть. Главное вы вместе, главное теперь у вас все хорошо. Мы были не вместе и я не знала что с ним, но сердце словно подсказывало мне это не конец, это ещё далеко не конец.

****

Я переоделась и подошла к зеркалу. Мое отражение оставляло желать лучшего, всклокоченные волосы, бледная кожа и этот свитер со штанами подчеркивали мою худобу и висели на мне. Я вдруг резко обернулась и чуть не заорала, в дверном проеме стоял Дима.

Я уже провела здесь сутки. Дима пытался добиться от меня ответа что произошло пять лет назад в сауне элитного клуба Эдем, а я правда не помнила, тогда первый раз попробовала водку и заснула. Говорят там было громкое дело, кого-то убили, но меня никуда не вызывали, а муж продолжал мне не верить. Вчера когда он приставил мне ствол к виску, у меня вся жизнь перед глазами перевернулась.

Страшно стало до ужаса, но ничего поделать с собой не могла, выстрелит так выстрелит, значит это моя жизнь… Ненависть ко мне усугублялась и тем что Женевьева ни его дочь, но я поверить в это не могла, а когда ездила в роддом, то по глазам акушерки работавшей в ту смену видела, что-то не так, дело тут не чисто.

В горле пересохло, когда увидела каким диким взглядом он на меня смотрит.

- Ты?

-Ты была так занята своим отражением в зеркале что мешать на твою физиономию любоваться тебе не хотел! Есть будешь?

Я молча кивнула, чувствуя, как от голода сжимается желудок.

- Пошли!

- Дима!

Он затормозил у двери.

- Дима, что с девочкой?

Он прищурился.