– Какие-то они все сейчас через чур независимые. Но влезать в их отношения я не буду. Единственно, всё время Ваньке напоминаю, чтобы детёныша случайно не сделал. Ребёнок желанным должен быть, а не случайным. А то будет ещё одна покорёженная жизнь.
– Две, а то и три покорёженные жизни, – меланхолично добавил Маркелов. – Мне после тебя долго ни одна баба была не нужна в квартире. Перепихнуться – нет проблем, но в дом привести и хозяйкой оставить – извини. Через год только женился назло, чтобы обиду заглушить.
– Назло? Обиду? – не поняла Маша. – Ты изменил, а я у тебя виновата? Молодец! Правильная постановка вопроса, – съязвила она.
– Да, обиду! – неуступчиво заявил мужчина. – Я же звонил тебе! Прощения хотел просить, извиниться! А ты даже трубку не взяла.
– А приехать поговорить, глядя глаза в глаза, а не по телефону, не судьба? – опять язвительно спросила Маша. – Эх, Маркелов, ты даже сейчас не понимаешь и не принимаешь своей вины. А ведь уже взрослый мужик. Так о чём разговор?! … А, кстати, что за намёки на ревность ты тут изображаешь? У тебя своя семья есть, там и ревнуй, – через паузу добавила она.
– В том-то и дело, Машка, что семья у меня только в документах. Ирина вышла замуж не за меня, а за деньги. А мне в то время надоело баб менять. Выбрал меньшее из зол.
Маша покачала головой, сожалея: – А дочь?
– Дочь не моя. Я её удочерил, когда на Ире женился. Девочке годик был.
– Почему женщина с ребёнком? – не поняла Маша – Ведь наверняка был выбор?
– Потому что она – дочь хорошего друга, приличная семья. Потому что надеялся, что баба с ребёнком уже нахлебалась и научилась понимать жизнь. Потому что хотел своего ребёнка, а она уже рожала, значит, точно сможет родить и мне. Достаточно «почему она?» – зло воскликнул Маркелов.
– И ошибся…, – не реагируя на его злость, констатировала Маша.
– И ошибся, – согласился Виктор. – Хочу развестись, но мне ведь сорок пять, как твоему Петрову. Не факт, что мне повезёт с бабой, как ему… А про наследство – это ты зря, – через паузу добавил он. – У меня есть что передать сыну: пара квартир, загородный дом, дача, три машины. И всё именно моё, добрачное или оформленное на меня. Так что зря ты, Маша, мне не веришь.
– Виктор, мне тебе верить или не верить не за чем. Тебе бы доверие сына заслужить…
– Кстати, – перебил её Маркелов. – Спасибо за сына, Маша. Серьёзно, мне очень понравился Иван. Я рад, что ты смогла воспитать в нём человека.
– Не сглазь! – отмахнулась Маша. – Он тоже, знаешь, не пушистый зайка. Упрямый, как баран, не лучше тебя.
Маркелов усмехнулся: – Родная кровь…
Помолчали.
– Ладно, Маш, езжай. Я же вижу, как ты переживаешь. Решай свои дела, но работу не забывай. До обеда, чтобы всегда была на месте, а после – по необходимости.
