Как мы с Вовкой. Лето с пионерским приветом. Книга четвёртая

Несмотря на моё заочное обладание чёрным поясом, коленки мои пытались подогнуться раньше времени, и только сильная рука Шурика (а его, как оказалось впоследствии, звали именно так) держала моё неуверенное тело в вертикальном положении.

– Ну что? Сам снимешь или тебе помочь?

Мы стояли за автобусом, и я думал уже: «Чёрт с ней, с этой повязкой. Что я так вцепился в неё?» Но остатки внутреннего несогласия с этой ситуацией ответили:

– Выкуси! – и рука непроизвольно вытянулась вперёд с уже известной Шурику фигурой.

Как-то инстинктивно это всё получилось. Я был не согласен с формулировкой.

Ведь если говорить по-честному, то выкусить сейчас должен был я. Причём по полной программе. Далее события разворачивались совсем не по предполагаемому сценарию. Только Шурик замахнулся, чтобы уже прояснить ситуацию с правом обладания командирской повязкой, как сверху послышались звуки возни. Шурик замер и посмотрел наверх.

Вовка, который затеял весь этот конфликт, а сам ретировался с поля боя, чувствовал себя неловко. Он наблюдал за тем, как мы с Шуриком остановились под окнами автобуса и начали свой непродолжительный диалог.

Затем увидел, как я тоже показал фигуру из трёх пальцев, и понял, что сейчас меня будут бить. Он начал осматриваться по сторонам, думая, чем мне можно помочь. На глаза ему попался тот самый пионерский горн. Прям как у деда Матвея на юге. Вовка метнулся за горном и через мгновенье вернулся с ним на место. Вылез в окно и…

Шурик посмотрел наверх и увидел, как из окна сначала высовывается пионерский горн, а следом за ним голова Вовки. Вовка пристроил горн к губам и, судя по всему, пытался что-то протрубить. Возможно, какую-то мелодию, но из горна вырывалось только слабое хрюканье.

По-другому я не знаю, как это можно назвать. Звуки были именно такими.

Затем Шурик посмотрел на меня и покрутил пальцем у виска, тем самым высказывая своё мнение о Вовке. Я готов был с ним согласиться. Меня тоже его поведение сильно удивило и немного озадачило. Что он хотел этим сказать? Но Вовка ничего не собирался говорить. После нескольких неудачных трелей он замахнулся горном и запустил его в Шурика.

– Ай! – Шурик схватился за глаз. Именно туда прилетела ему труба. – Дурак, что ли?

Его вопль отчаяния услышали с той стороны автобуса.

Показались несколько наших бойцов седьмого отряда. А следом – вожатая, которая застала такую картину. Шурик стоит и трёт подбитый глаз, а я держу в руке горн, который успел уже поднять. Вовкина голова успела исчезнуть из окна.

– Что у вас тут произошло? – Света подошла и стала рассматривать ушибленное горном место. – Синяк будет, надо холодное приложить, – констатировала она, а затем посмотрела на меня.

Заметив у меня в руке горн, она забрала его.