«Почему же читала, я ее собственноручно написала!», – хотелось парировать мне, но вместо этого я произнесла:
– А кто же ее не читал. Но мне кажется, что тот, кто ее написал, был не прав, – я предприняла первую попытку «сгладить» недоразумение. – Возможно, сейчас даже очень сожалеет об этом.
– Скорее всего эту статью написала одинокая дама, которой больше нечего делать, как лезть в чужую личную жизнь. Посмею предположить, что ее кто-то однажды обидел, и теперь она зла на всех мужчин. Или она очень страшненькая, и никто не обращает на нее внимание. А я просто попался на глаза этой ненормальной.
Элиза закашлялась и посмотрела на меня с опаской. Словно хотела понять, взорвусь я сразу или же сдержусь.
Нэйтан продолжал смотреть на меня, улыбаясь, а я была готова его придушить. Почувствовала, как краснею, но не от стыда, а от злости.
Страшная, значит… Ну, сейчас я тебе «нагадаю»!
– Элиза, давай я погадаю сеньору Лоури…
Моя обеспокоенная подруга неуверенно, но все же протянула мне колоду карт. И словно учуяв, как накален воздух в комнате, поспешила ретироваться.
– Я, пожалуй, пойду чай сделаю, – заявила она, но вдруг добавила: – Или льда принести?
– Льда.
Элиза поспешила покинуть «поле боя» и напоследок бросила на меня предостерегающий взгляд «не глупи!».
Как только дверь за моей подругой закрылась, я посмотрела на Нэйтана, сверлящего меня внимательным взглядом.
– Итак, сеньор Лоури, на жениха всё-таки гадаем или на невесту?
– На невесту, разумеется…
Я активно перетасовала карты, глядя в его насмешливые глаза, в уголках которых виднелись маленькие морщинки.
– Сдвиньте колоду.
Он повиновался, и я начала реализовывать свою маленькую месть."
"– Итак… Вижу женщину. Блондинку. Между вами будет огромная любовь!
– Звучит неплохо, – отозвался он. – Но мне больше шатенки нравятся, такие как вы.
– Карты не обманешь, – буркнула воинственно себе под нос.
Ну, сейчас я покажу тебе, страшная одинокая женщина…
– Ох, она будет гораздо старше вас… Внешность смотрим?
– Разумеется, – в его голосе слышались задорные нотки.
– Так-так… – я выложила в ряд сразу десять бессмысленных карт и принялась их «расшифровывать», умоляя себя не рассмеяться. – Блондинка. Фигура у нее будет пышная. Очень, я бы сказала. В раза четыре больше моей. Глаза немного раскосые, один – зелёный, второй – голубой. Нос с горбинкой, тонкие губы и усики…
– Усики?
– Да. Маленькие над губой. А может и большие. Кто знает. Карты ведь лишь общее описание дать могут.
