— Вижу, тебе уже лучше, — низким, приятным голосом заметил парень. Я продолжила молчать, выжидательно смотря на незнакомца и пытаясь понять, почему он меня так бесит, хотя его внешность была явно в моем вкусе, хоть и любила мужчин постарше, нежели сверстников. И это его представление «Его Высочество кронпринц Роберт»…

Стоп! Только не говорите мне…

— Даже не предложишь присесть? — тем временем задал он вопрос, пока я была занята тем, что мысленно вопила:

«Да, нет же! Быть такого не может! Я же не в фэнтези, честное слово! Я не могла оказаться внутри книжки! Так только… в книжках и анимешках бывает! Это сон, просто со-о-он!»

Захотелось схватиться за голову и побиться ею обо что-нибудь, чтобы прийти в сознание.

Особенно тогда, как точно в ответ на мои мысли, мужчина щелкнул пальцами, и кресло само по себе придвинулось к моей постели, чтобы парень мог со всеми удобствами сесть в него.

Я на всякий случай отодвинулась от незнакомца. Уж больно реалистичный сон: голова болит жутко, меня мутит, еще и этот красавчик бесит неимоверно.

— Очевидно, ты все еще злишься? — вздохнул он, пока я демонстративно игнорировала мужика, занятая тем, чтобы не скатиться в истерику, щипая себя под одеялом, в надежде проснуться.

 — Ив, хоть между нами и произошло недопонимание, я беспокоился о тебе, потому и пришел, — вздохнул он терпеливо с таким видом, точно делает мне большое одолжение в данный момент. А я, такая неблагодарная, смею нос кривить. — Никому не станет лучше оттого, что ты продолжишь себя так вести. Мы с тобой — помолвлены, — протянул он ко мне свои ручонки, что я заметила скорее интуитивно и рефлекторно отстранилась, избегая прикосновений мужчины. Кажется, он начинал злиться. — Иванна, прекрати дурачиться. Ты можешь злиться на меня за то, что пострадала при покушении на мою жизнь, но это же не впервые, и ты прекрасно знала о риске, когда соглашалась выйти за меня. Я приношу за это свои искренние извинения и приложу все силы, чтобы расследовать дело и наказать виновных. Давай просто забудем об этом недоразумении. Все же, ты — не единственная, кто пострадал. Однако, твоя сестра, несмотря на то, что не связана со мной, зла не держит, — укоризненно заметил парень.

Борясь с желанием показать ему средний палец и отправить в пешее-эротическое, прикидывала, нормально ли говорить такое пострадавшему человеку. Пусть он и принимает меня за другого человека, но упрекать меня в том, что пострадала и смею дуться — это просто верх наглости с его стороны."

"Я раздраженно прищурилась, а затем болезненно охнула. Согнувшись от сильной головной боли, при которой в моем сознании стали всплывать сцены и воспоминания, мне не принадлежавшие.