Почувствовала, как ее спины коснулась его рука.
– Скажи, моя ревность очень утомительна?
– Нет. Я привык платить по счетам. Пойдем, Липа, ЗА?С ждать не будет.
– Слышу слова бывалого.
– Не в первый раз иду.
Борис улыбнулся, взял покрепче ее ладонь, и они двинулись к платформе.
***
Он так и не научился храпеть. Борис тихо спал, повернувшись спиной. Только теперь это был не просто Борис, а ее муж. Любимый муж. И желанный мужчина в данный конкретный момент.
Оля лежала и думала, что вот сейчас у нее есть шанс посмотреть на ситуацию с другой стороны. Когда один хочет, а другой нет.
А она… Ну хотя бы обнять. А там, может…
Оля прижалась к его спине всем телом, положила ладонь на грудь, прижалась губами к основанию шею. Как же хорошо. Но очень хочется большего.
Она зарылась пальцами в густые короткие волосы на его груди. Борис сонно вздохнул, положил свою руку на ее, похлопал.
– Все хорошо? – спросил спросонья хрипло.
Ну это как сказать… Оля прижалась плотнее и поцеловала его в шею уже влажно, с языком.
Ну спит человек, пусть спит! Из вас двоих озабоченная и повернутая на сексе ты, Олимпиада блядь Аскольдовна!
Рука Бориса сажалась и двинула ее ладонь вниз.
– Ты же знаешь, что делать…
***
– Ну вот, не дала тебе спать… – Оля нежилась в его руках. – Не знаю, что на ме?я нашло, что стала к тебе приставать.
Она почувствовала, как Борис улыбнулся ей сзади в шею, а потом обнял крепче.
– Я знаю. У тебя овуляция.
– Боря! – Оля дернулась, но его руки сжались лишь сильнее. – Ты что, следишь за моим циклом?!
– Не то, чтобы слежу.
– Что там тебе чувствуется? – проворчала Оля. Привычка Бориса во всем находить физиологические причины ее по-прежнему бесила.
– Ты в овуляцию другая.
– Какая это другая?!
– У тебя грудь становится более пышной, – его ладони сжались на ее груди. - И она становится более чувствительной. Ты вся становишься еще более чувствительной, чем обычно. Ты пахнешь иначе. Ну и самый надежный признак – ты становишься горячая.
– У меня нет температуры! – возмутилась Оля.
– Там ты горячее, чем обычно.
Сначала Оля не поняла. А потом…
– Как ты можешь это знать?! – прошипела она.
Борис за спиной хмыкнул, прижал ее к себе плотнее.
– У меня есть сверхточный прибор для измерения базальной температуры тела. Ты горячая, моя девочка. ?орячая, как печка, готовая печь новые… пирожки.
Его ладонь легла Оле на живот, слегка погладила.
В этот раз соображала Оля ещё дольше.
– Это ничего не значит! Это не значит, что я собираюсь… хочу…
– Поздно. Я уже кончил в тебя. Без презерватива.
