Положим туда! – скомандовала девушка.
И вскоре незнакомец был положен на большой диван – гордость Альбины, пару лет назад купленный ею в кредит.
– Ну, ладно! Пойду, – сказал мужчина. – А ты, дочка, потом все же позвони в «скорую»… Ему, наверное, нужна помощь!
Уже провожая его в прихожую, Аля сказала:
– Позвоню, конечно! Как только сеть появится! Странно! Праздник на носу, а у них сеть не работает!
– Возможно, перегрузки – люди звонят родным и близким, поздравляют… – предположил мужчина. – Вот и слетело всё…
– Так праздник-то еще послезавтра…
– Ну, не знаю… Ладно, пойду!
– Ой, спасибо вам большое! – спохватилась Альбина. – Что бы я одна с ним делала там… И, как назло, никого не было… Вообще никого!
– Ну, бывает! Вечер уже! Народ по домам разбрелся… Пойду! Мои теперь тоже заждались! Давай! Оставайтесь!
– До свидания! – сказала девушка.
Он открыл дверь и, кивнув, вышел из квартиры.
Альбина заперлась и первым делом скинула шубку и сапоги. Уже подхватила брошенные в прихожей пакеты с покупками, намереваясь отнести их в кухню, когда раздалось требовательное мяуканье, и в прихожую важно вступил большой рыжий кот с пушистым хвостом, поднятым вверх. Посмотрел строго и укоризненно на нерадивую хозяйку: мол, где ты ходишь, когда я тут такой голодный!
– Ох, прости, дорогой! – повинилась девушка. – Проголодался? Идем! Сейчас накормлю тебя!
И поспешила в кухню. Там поставила пакеты на стол, налила воды в чайник и включила его, а затем наполнила мисочку питомца кормом из пакетика. Сменила воду в другой мисочке и, подхватив животное под мягкое брюшко, поставила перед едой:
– Кушай!
Рыжий брезгливо принюхался, затем, решив все-таки, что содержимое мисочки вполне съедобно, принялся жадно подхватывать пастью блестевшие от соуса кусочки корма.
Альбина же прошла в гостиную.
2.
Незнакомец лежал на диване в той же самой позе, в которой они его оставили. И девушка, наконец, смогла рассмотреть его.
На нем было какое-то странное одеяние – черный не то сюртук, не то китель, наглухо застегнутый под самое горло на такие же черные пуговицы, и черные брюки, странным образом удлинявшие визуально и так длинные ноги незнакомца в невысоких кожаных не то ботинках, не то сапожках.
Он и сам был весь какой-то черный, похожий на нахохленного ворона – смоляные волосы, угольного оттенка густые ресницы, обрисовывающие полукружья сомкнутых сейчас век, чисто выбритое лицо с резкими, но правильными чертами – высокие скулы, упрямый подбородок и плотно сомкнутые губы, не тонкие и не пухлые. Просто красивый мужской рот, говоривший о решительности характера его обладателя.
Если человек и был ранен, на черной ткани кителя этого не было заметно. Да и запаха крови она не ощущала.
