– Значит, сценарий прикрытия немудрящий – повсюду, оказалось, заложены бомбы, в целях недопущения паники и должного пресечения происков в город входят десантники, выходит из казарм отдельная бригада и под шумок подавляет всякое сопротивление, которого и оказать-то не успеют… У вас, интересно, все генеральские кресла уже расписаны или для меня что-нибудь отыщется?

– Я же тебе говорил, что отыщется, – преспокойно сказал Роман. – Как полагаете, Валентин Сергеевич, можем выделить персонально для Даши? Дашенька у нас девочка умная, не будет она играть в шерифа-одиночку…

– Дашенька, конечно, девка неглупая, – спокойно сказала она.

 – Настолько, что в один прекрасный момент она подумала: милый Роман, а не является ли твой военный переворот и Вольная Сибирь огромной туфтой? Провокацией по высшему разряду? Сидеть! А то пулю всажу!

Глядя на их лица, она окончательно уверилась, что полковник Галахов знал лишь полуправду – ошибиться невозможно, его рожа наглядно свидетельствует, в самом деле верил, дурак, что станет министром внутренних дел Сибирской республики или чем-то вроде.

А впридачу, скорее всего, именно он и разевал рот на шантарский общак, болван…

– Времени у нас немного есть, – сказала она, свободной рукой достав пачку и ловко вытянув сигарету губами. – Я за последнее время выслушала столько брехни, что неодолимо тянет поговорить за чистую правду… Вас не затруднит, орлы, пересесть от стола к стене? Мало ли что у вас там в столе…

Они подчинились, двигаясь удивительно медленно, словно придавленные толщей воды.

– Верите, суки, что буду стрелять… – хмыкнула она, заметив эту плавность в перемещениях.

 – И правильно делаете… В общем, идея была хорошая – во глубине сибирских руд обнаглевшие провинциалы готовят переворот и провозглашение независимой республики. А молодой и перспективный кадр Дашенька Шевчук постепенно открывает истину – для чего ей старательно, искусно подбрасывают все новые и новые доказательства, в том числе и в виде всамделишных трупов… Капают на мозги, пока, наконец, и распоследний дурак оказывается способным сообразить, с чем имеет дело… Дашенька собрала кучу убойного материала. Дело получилось – пальчики оближешь, столица кипятком писать будет… – Она зло, коротко рассмеялась.  – Полковник, что вам напел этот московский соловей? Что по дороге в Аюкан Дашеньку обязательно пристукнут, сбросят с поезда вместе с чужим паспортом, а все материалы, конечно, заберут? Верно? Верно… Только он вас примитивно наколол. Я должна была остаться живехонькой, в самом деле улететь в столицу со своими бесценными пленками…

Галахов пробормотал что-то, бледнея на глазах."

"– Ну конечно, – сказала Даша.