Когда я провел ожерельем по ее лепесткам, она снова откинулась назад и застонала, распахнув ноги еще шире. Ее запах. Сводит с ума. Каждый раз, как первый. Потянул медленно ожерелье… Вверх и вниз… Вверх и вниз… Она задрожала…

— Тебе нравится, девочка? Нравится?

— Даааа, — ее трясет словно в лихорадке. И эта дрожь передается мне.

Я наклонил голову и языком проследовал за жемчугом. Каждая жемчужина цепляла возбужденный бугорок между влажными лепестками, а вместе с движениями моего языка он твердел все сильнее и сильнее. Вверх и вниз… вместе с моим хриплым дыханием.

Да, девочка, кончи для меня сейчас. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь. Марианна схватила меня за волосы и ногами резко сжала мою голову. Ее тело выгнулось дугой, стон был похож на рыдание. По моей спине градом катились капли холодного пота, я сам был на грани. Представил себе, как сладко сжимаются ее мышцы от судорог оргазма и у меня живот скрутило от нетерпения оказаться в ней. Войти до упора, в подрагивающее тело и излиться в нее немедленно. Она кончала… О, как она кончала… Жадно… Сильно… Я чувствовал спазмы ее лона своими пальцами. Стиснул зубы до боли, а она билась в агонии наслаждения. Моя ладонь, прикрывающая ее рот увлажнилась… Плачет… Моя девочка плачет…

Я приподнялся и посмотрел ей в лицо… Сейчас она выглядела так, как я люблю больше всего: растрепанная и опустошенная мощным оргазмом, на лице блуждает слабая улыбка, а глаза… Глаза прикрыты, как будто не осталось сил даже на то, чтобы приподнять тяжелые веки. Все также, не открывая глаз, она подняла руку и обвела мои губы… Сатанея от желания, я зашипел и оскалился… Марианна надавила на клык пальцем, и я почувствовал во рту вкус ее крови… И уже не смог сдержать себя… Меня била крупная дрожь от потребности.

Взять. Тут же, немедленно. Я опустил руку на ее грудь и сильно сжал напряженный сосок. Марианна глухо застонала и выгнулась навстречу моей грубой ласке. Я потерял контроль. Лихорадочно расстегнул ширинку, зверея от бешеной жажды овладеть ею, и вошел в нее одним резким толчком. Вошел до упора, по самые яйца. Она вскрикнула и подняла навстречу бедра. Мне окончательно снесло крышу. И я начал долбиться в нее. Сильно и жестко. Как заказывали… Получите, распишитесь."

"Она отвечала мне с такой же неистовостью… В этот момент мы не занимались любовью. Мы были как дикие животные, изголодавшиеся друг по другу… Смотрел в ее напряженное лицо, упиваясь каждой эмоцией, каждым вздохом и стоном. Серенада Дона Жуана была саундтреком к нашему собственному эротическому фильму… Я уже понимал, что надолго меня сейчас не хватит, когда почувствовал, как по ее телу прошла первая судорога наслаждения.