Он и в самом деле стал кричать, чтобы ему отдали часы и бумажник, но Филле ответил ему:

— Откуда нам знать, куда ты задевал свой дрянной бумажник!

А Рулле добавил:

— Не видели мы твоих старых часов, следи сам за своим барахлом!

Тогда Карлссон взял с пола сначала бумажник, потом часы и сунул их Оскару, а тот спрятал их и сказал:

— Спасибо, дорогой Филле, спасибо, Рулле. Только больше так шутить не надо.

Тут Карлссон пнул изо всех сил Филле по ноге, и тот заорал:

— Ты мне за это заплатишь, Рулле!

Затем Карлссон что было мочи пнул Рулле по ноге, и Рулле завопил:

— Ты что, спятил, Филле? Чего ты пинаешься?

Рулле и Филле бросились друг на друга, и завязалась такая драка, что тарелки полетели со стола и разбились, а Оскар испугался и убрался подобру-поздорову восвояси вместе с часами и бумажником.

Малыш тоже испугался, но уйти он не мог и, притаившись, сидел под столом.

Филле был сильнее Рулле, он загнал его в прихожую и решил там отделать его хорошенько. Карлссон и Малыш вылезли из-под стола. Увидев валявшиеся на полу осколки тарелок, Карлссон сказал:

— Раз все тарелки разбиты, зачем супнице оставаться целой? Ведь ей, бедняжке, будет так скучно одной!

И супница с дребезгом брякнулась на пол, а Карлссон и Малыш ринулись к окну и быстренько вскарабкались на подоконник.

И тут Малыш услыхал, что Филле и Рулле вернулись в комнату и Филле сказал:

— С какой стати ты, дурья башка, отдал ему часы и бумажник?

— Ты что, спятил? Ведь это ты сделал.

Карлссон захохотал так, что животик у него заколыхался, и воскликнул:

— Ну, на сегодня хватит проказничать!

Малыш тоже решил, что сыт этими проказами."

"Стало уже довольно темно, и Малыш с Карлссоном, взявшись за руки, потопали по крышам назад к домику Карлссона, стоявшему на крыше дома, где жил Малыш. Они были уже у цели, когда послышался оглушительный рев пожарной машины, мчавшейся по улице.

— Увидишь, где-то горит, — сказал Малыш. — Это пожарная машина.

— Вот бы загорелся наш дом! — мечтательно сказал Карлссон. — Тогда бы они попросили меня помочь им, ведь я лучший в мире пожаротушитель.

Но тут они увидели, что пожарная машина остановилась как раз внизу под ними, а вокруг нее столпился народ. Однако огня нигде не было видно. И неожиданно к крыше приставили лестницу, этакую длиннущую складную пожарную лестницу.

Малыша осенило:

— А что, если… подумать только… а что, если они приехали, чтобы снять меня отсюда?

Потому что он вспомнил про записку, которую оставил у себя в комнате. А ведь сейчас было уже довольно поздно.

— Вот еще! — возмутился Карлссон. — Кому какое дело до того, что ты немножко прогулялся по крышам!

— Да… моей маме есть дело. Она такая нервная. У нее столько нервов, и они все время дергаются…

Ему вдруг стало жаль маму и захотелось скорее вернуться к ней.