— Пожалуйста, посмотрите, господа, в ней ничего, абсолютно ничего!

«Сейчас он вытащит кролика из шляпы, — подумал Малыш, ведь однажды он видел, как фокусник проделал такой номер. — Вот будет здорово, если Карлссон сейчас вытащит кролика».

— Как говорится… здесь ничего нет, — мрачно повторил Карлссон, — и ничего не будет, если, конечно, вы туда что-нибудь не положите… — добавил он. — Я вижу, здесь сидит целая толпа прожорливых детей и ест тянучки. А сейчас мы пустим шляпу по кругу, чтобы каждый положил в нее по тянучке. И они пойдут на очень благотворительную цель."

"Малыш обошел детей со шляпой, и там быстрехонько выросла кучка тянучек. Потом он отдал шляпу Карлссону, который встряхнул ее и сказал:

— Они порядком бренчат. А если бы шляпа была полная, они бы вовсе не бренчали.

Он положил в рот одну тянучку и принялся ее жевать.

— Вкус у них в самом деле благотворительный, — заметил он, продолжая жевать с довольным видом.

Кирре не положил в шляпу ни одной тянучки, хотя у него их был целый мешочек.

— Так вот, мои друзья… и Кирре, — сказал Карлссон, — перед вами умный песик Альберг. Он умеет все: звонить по телефону, летать, печь булочки, разговаривать, поднимать лапу… одним словом… все!

И тут пуделек в самом деле поднял заднюю лапу на стул, на котором сидел Кирре, и на пол натекла маленькая лужица.

— Вы видите, что я не преувеличиваю, — это пес в самом деле умеет делать все!

— Тоже мне! — сказал Кирре и отодвинул свой стул от лужицы. — Это умеет делать каждая псина. Пусть-ка он лучше поговорит, это будет потруднее, ха-ха!

Карлссон повернулся к щенку:

— Так тебе трудно разговаривать, Альберг?

— Вовсе нет, — ответил Альберг, — трудно только, если я в это время курю сигару.

Малыш, Гунилла и Кристер прямо-таки подпрыгнули от изумления, — казалось, в самом деле говорит собака. Но Малыш подумал, что это все же проделки Карлссона. И пожалуй, даже решил, что это хорошо, ведь ему хотелось иметь обыкновенную собаку, а не говорящую,

— Милый Альберг, — продолжал Карлссон, — не расскажешь ли ты нашим друзьям… и Кирре… какую-нибудь историю из собачьей жизни?

— С удовольствием, — ответил Альберг. — Как-то недавно вечерком был я в кино, — начал он, игриво прыгая вокруг Карлссона.

— Вот как, ты был в кино? — спросил Карлссон.

— Да, и рядом со мной на одной скамейке сидели две блохи.

— В самом деле? — удивился Карлссон.

— Да, а когда мы после вышли на улицу, одна из этих блох спросила другую: «Мы что — пойдем домой

пешкомили поедем на собаке?»

Представление понравилось всем детям, хотя фокусов в нем было маловато. Один Кирре сидел со скучающим видом.

— Скажи ему, пусть испечет булочки, — насмешливо сказал он.

— Не испечешь ли ты несколько булочек, Альберг? — попросил Карлссон.