У нас ничего не было, но бездумно захламляться не хотелось. Поэтому в тот день мы купили только кровать, два письменных стола, удобные кресла и холодильник. После, долгими счастливыми неделями, приобретали и наживали все остальное. С кухней сложнее всего оказалось. Хорошо, что Градская помогла. Свела нас с фирмой, которая в сжатые сроки спроектировала, изготовила и смонтировала идеально подходящий нам гарнитур.

Бойка стал работать еще больше. Спал по четыре часа в сутки, а случалось и того меньше. Не раз я просыпалась среди ночи и застигала его за работой. Никакие разговоры про важность отдыха с ним не прокатывали. Он же терминатор! Это мне спать, вовремя обследоваться, сбалансированно питаться и гулять на свежем воздухе необходимо! Это он помнил и мне регулярно напоминал! Так бесило моментами… Но поскандалить с Киром стало практически невозможно. Едва начиналась какая-нибудь заварушка, он либо молча возвращался к ноуту, либо, если меня капитально накрывало, на полчаса уходил из дома.

В марте мы закончили работу над игрой и, помимо гонораров, получили хорошие премии. Мне, как прототипу одного из персонажей, предложили сняться в рекламной фотосессии. Кир этим, конечно же, возмутился и попытался запретить. Пришлось напомнить ему, что вина моей востребованности лежит исключительно на нем.

– Впредь будешь думать, прежде чем рисовать меня!

– Варя, бля… Не взрывай меня, на хрен…

Странно, но Бойка никогда не повышал голос, даже если я выходила за все границы. Рычал и грязно матерился, да. Но никогда не орал.

– Ну, это же обычная фотосессия! Что ты начинаешь?!

– Все будут на тебя смотреть!

– Ну-у-у… – ехидно тяну я. – Ты сейчас себе благодарность выпиши, что у Шугар Кэт[1], – не первый раз демонстративно кривлюсь на пошлом имени, которым он обозвал «моего персонажа», – шорты и майка, а не, допустим, одни трусы.

– Варя… – цедит резко и предупреждающе.

– Что?

Тряхнув головой, Бойка до белизны закусывает губы. Как еще не прокусывает! Сохраняя неподвижность, молчит крайне долго.

А после выдает до смешного серьезно:

– Лады. Скажу им, чтобы фотограф бабой была. Вся команда.

– На сессии? Не позорь меня!

– Переживешь.

– А может, это ты переживешь?!

– Не звени, пожалуйста, когда я говорю, – чеканит Кир. – Это, между прочим, компромисс. Принимай.

Стискивая зубы, давлю эмоции.

– Принимаю.

Тяжело вздыхаю и сбегаю в ванную.

Успокоиться толком не успеваю. Бойка почти сразу же входит следом. Обнимает со спины. Крепко прижимается, вынуждая в поисках хоть какой-то опоры судорожно цепляться за края раковины.

– Не обижайся, – просит, утыкаясь лицом в мои волосы. И тут же проверяет: – Не обижаешься?

– Не обижаюсь.

Правду говорю. Все плохое мигом рассеивается, стоит ему только прикоснуться.

– В следующий раз… – шепчу я.