Но помимо внешней помятости как же паршиво было на душе! Настолько, что я, наплевав на гордость, решила первой пойти на примирение.
Почистила зубы, умылась и отправилась в гостиную, чтобы забраться к мужу под одеяло.
— Какая ты временами упрямая! — сонно пробормотал Миша.
А потом развернулся, обнял и с тяжелым вздохом крепко прижал к себе. Значит, больше не злился. И на том спасибо.
— Прости меня, — произнесла виновато. — Я вчера была слишком резка.
— А я чересчур настойчив. Впредь постараюсь быть посдержаннее. Но знай, я по-прежнему против, чтобы ты работала.
— Почему?
— Не хочу тебя ни с кем делить.
— Ты же понимаешь, как это эгоистично с твоей стороны?
— Понимаю. И ничего не могу с собой поделать.
— Придется, — отозвалась и сразу поспешила закрыть тему, поинтересовавшись: — Как ваш долгожданный гость из столицы? Он же вроде еще вчера должен был приехать. Или я что-то путаю?
— Нет, все верно. Отлично. Встретили, поселили. Вчера был первый семинар. Жаль, ты его пропустила. Тебе бы понравилось.
— Давай, я сегодня приду. Можно?
— Нужно. Начало в пять. Час теории, потом небольшой перерыв, и полтора часа практики.
— Договорились! — воскликнула.
И, будучи вознаграждена примирительным поцелуем, отправилась готовить завтрак, который по его прошествии плавно перетек в нечто большее. То самое, что вчера вечером у нас так и не срослось. Зато как же горячо и страстно получилось сейчас, словами не передать!
Настолько, что на работу не шла, а летела. Правда, на плохо слушающихся ногах. Как они меня донесли до курсов, осталось загадкой. Но это мелочи. Зато начатый с примирения, а потом и любви день обещал быть особенно интересным."
"Таким он и стал.
В результате где-то с минуту стояла и, лишившись дара речи, смотрела, как два сидевших напротив практически вплотную йога одновременно делали друг другу массаж.
— Что ты делаешь?!
— Майя! — воскликнул на удивление радостно муж. — Ты все же пришла! Разреши тебя познакомить…
Дослушивать не стала.





