И она была удивительно красива. Так, что дух захватывало. Взгляд от неё, смеющейся вместе с мальчишками или скользящей на коньках по катку, было очень трудно отвести. Да я и не старался."
"Суббота настала очень быстро. Выходили на лёд мои орлы очень уверенно. Они команда юниорской лиги, а их соперники, всего-то городской клуб любителей. Уверенность растворилась уже к середине первого тайма. Вот только собраться и переломить игру не получалось. Они не были сыграны, не чувствовали друг друга.
— Ну, что же так!!! — переживала рядом Элис, наблюдая, как Стивен отправил шайбу в ворота из невыгодного положения, но сам.
На матч она приехала прямо с работы. Тонкий кашемировый свитерок плохо справлялся с тем, чтобы согревать свою хозяйку. Поэтому я достал из сумки свой свитер и предложил ей. С любой другой я бы поостер""eгся такого жеста. Но Элис считала мужчин априори сильнее, как она говорила, это предопределено природой. И не стеснялась признавать свою слабость.
Не понимаю, как это работало, но в её присутствии я начинал себя чувствовать сильнее и увереннее. Хотя рядом с этой хрупкой и миниатюрной Льдинкой себя любой бы почувствовал Мистером Олимпия последнего десятилетия.
На перерыв ребятки отправлялись повесив носы и со счётом четыре-ноль. Я не стал им напоминать наш разговор на последней тренировке.
— Ребята, собираемся! Помним, нет неважных игр. Победа это шаг вперёд, проигрыш это важный урок. Если мы не можем победить, то по максимуму запоминаем свои ошибки! — готовился я подтирать сопливые от расстройства носы.
— Вы, правда, верите в то, что говорите? — с уже дрожащими губами спросил вечный задира Колин.
— Я сам так делаю. Меня этому научил мой собственный тренер! — признался я в происхождении мудрости.
— Что вы с ними сделали? — посмотрела на меня, подозрительно прищурившись, Элис.
— Не бил, не орал и не угрожал. — Положил руку на сердце я. — Просто повторил слова своего тренера, что если даже игра обернулась проигрышем, то нужно использовать это, чтобы знать свои слабые места.
Я внимательно наблюдал, как мои подопечные выходят на лёд. Пока изменений было не заметно.
— Мистер О'Донохью, вы как-то говорили, что совершенно не смыслите в педагогике, не представляете, с чем это едят и попали на должность тренера случайно, помните? Мне кажется, вы были не правы. — Я бросил взгляд через плечо, и на несколько секунд потерялся.
Вышибала меня из равновесия эта Льдинка. И так, что я не сразу понял, что меня вроде как только что похвалили.
— А можно как-нибудь без ""мистера О'Донохью""? А то я сразу думаю, что обращаются к моему дедушке? — решил тут же получить награду я. Раз уж я молодец. — Может простого Йер достаточно?
— Хорошо, Йер, — улыбнулась Элис, немного протянув звук ""Р"" при произношении.
