И если писатель еще не уехал куда-нибудь, то я нанесу ему визит.
– А мне и Сычеву еще надо будет вести за ним наблюдение? – спросил Храпченко.
– Нет, я думаю, наблюдение можно снять, – ответил Егоров. – Видишь ли, после сегодняшней погони «массажист» поймет, что мы сидим у него на хвосте. И он должен быть круглым идиотом, чтобы после этого пытаться напасть на писателя. А наш «массажист» совсем не идиот. Нет, это какой-то профессор Мориарти московского преступного мира.
– Мориарти – это ведь из рассказов о Шерлоке Холмсе? – уточнил Храпченко.
– Верно, – кивнул Егоров. – Мы имеем дело с очень хитрым и расчетливым преступником. А еще он очень наблюдателен – сегодня он по каким-то признакам угадал, что мы идем именно к его машине, и потому так стремительно уехал. А тебе вместе с Сычевым вот что нужно сделать. Нужно еще раз встретиться со знакомыми Воинова, которые рассказывали о встречах с неким симпатичным молодым человеком, предлагавшим писателю помощь. И надо, чтобы эти люди составили фоторобот этого симпатяги. И чем скорее вы это сделаете, тем лучше.
– Сделаем уже сегодня, не сомневайся, – пообещал Храпченко.
Он доставил Егорова назад, к дому, от которого началась их такая неудачная погоня, и назвал номер квартиры писателя. Возле подъезда, в котором жил Воинов, продолжал томиться лейтенант Сычев. Он доложил, что писатель из дома так и не выходил. После этого они с Храпченко отправились навещать людей, знакомых писателя, с которыми они общались вчера, чтобы с их помощью составить фоторобот помощника «массажиста». А Егоров поднялся на третий этаж дома и позвонил в дверь, обитую тисненой черной кожей.
Дверь ему открыли не сразу. Егоров заметил, что в двери имелся глазок и что через этот глазок его кто-то разглядывает. Тогда он громко представился, показал свое служебное удостоверение и сказал, что необходимо срочно поговорить. И только после этого дверь открылась, и Егоров увидел хозяина квартиры. Это был человек среднего роста, с редкими седыми волосами и с внимательным взглядом серых глаз.
– Что ж, проходите, если вам необходимо срочно поговорить, – сказал Воинов. – Хотя, надо сказать, вы пришли совсем не вовремя – я работаю.
– Я очень прошу меня простить, – сказал Егоров. – Но дело действительно срочное, оно не терпит отлагательства.
– Тогда входите, поговорим, – предложил Воинов.
Вслед за хозяином капитан проследовал в кабинет. Это была большая комната, в которой главное место, конечно же, занимал письменный стол писателя. На столе стояла пишущая машинка с заправленным в нее листом бумаги, рядом лежали рабочие тетради. Да, Воинов не обманывал гостя – он и правда работал. Однако внимание Егорова привлек не стол, а то, что стояло вдоль стен.
