Наверное, я подумала, она с другой компанией зависает где-то и не хочет, чтоб об этом знали.
Пиппа глубоко вздохнула, заглянула в свои записи. Следующий вопрос надо задавать очень осторожно.
– Можешь сказать, когда Сэл попросил тебя соврать о времени своего ухода?
Наоми открыла было рот, но, казалось, не могла подобрать слов. В маленькой комнате повисла гробовая тишина. У Пиппы даже в ушах зазвенело.
– Ну-у, – наконец вымолвила Наоми дрогнувшим голосом. – Мы в субботу вечером пошли его проведать. Узнать, как дела. Обсудить случившееся. Сэл сказал, что очень волнуется. К нему уже приходили полицейские. Задавали вопросы. А поскольку он был парнем Энди, подумал, на него теперь всех собак спустят. Вот он и попросил нас выручить – сказать, что ушел от Макса чуть позже. Примерно в пятнадцать минут первого. Чтобы полицейские перестали его преследовать и вплотную занялись поисками Энди. Это не показалось… м-м… я тогда ничего плохого не подумала. Решила, что он заботится о том, чтобы ускорить поиски Энди.
– А он объяснил, где находился между половиной одиннадцатого и пятнадцатью минутами первого?
– Не помню. Наверное, нет.
– А вы спрашивали? Интересовались?
– Я не помню, Пип. Извини, – сказала Наоми, шмыгнув носом.
– Ничего страшного. – Пиппа вдруг поняла, что, задавая последний вопрос, вся подалась вперед. Она снова выпрямилась, поправила стопку листочков. – Вам позвонили из полиции в воскресенье, так? И вы сказали, что Сэл вышел от Макса в двенадцать пятнадцать?
– Да.
– Так почему вы все четверо передумали и во вторник сообщили полиции, что у Сэла фальшивое алиби?
– Я… наверно потому, что поняли – если ложь обнаружится, у нас будут проблемы. Никому из нас и в голову не приходило, что Сэл может быть причастен к исчезновению Энди. Поэтому сказать полицейским правду казалось совершенно безопасным.
– Перед тем как это сделать, вы договаривались все вместе о том, что скажете?
– Да. Созвонились в понедельник вечером и обо всем договорились.
– А Сэлу не сказали?
– М-м. – Наоми снова провела руками по волосам. – Нет. Не хотели его расстраивать.
– Хорошо. Последний вопрос. – Пиппа заметила, как при этих словах лицо Наоми разгладилось. На нем читалось явное облегчение. – Думаешь, Сэл той ночью убил Энди?
– Нет, тот Сэл, которого я знала, не мог, – сказала она. – Он был самым добрым… самым хорошим. Вечно дурачился и смешил всех. И так хорошо к Энди относился, хотя она того, может, и не заслуживала. Поэтому уж не знаю, в чем там дело и кто ее убил, но не могу поверить, что это он.
– Хорошо. Закончили. – Пиппа улыбнулась, остановила запись на телефоне. – Спасибо, что согласилась поговорить, Наоми. Знаю, это непросто.
– Да все нормально. – Та кивнула и поднялась с кресла. Сиденье снова громко скрипнуло.
