Пиппа: А в каком случае полиция приходит к выводу, что совершено убийство и надо искать труп?

Анджела: Ну, показатель здесь только время. Это не… Ой, Пиппа, извините, мне пора бежать. Вызывают на совещание.

Пиппа: Да, конечно. Большое спасибо, что уделили время.

Анджела: Если у вас еще остались вопросы, отправьте на почту. Отвечу, как только смогу.

Пиппа: Хорошо. Еще раз спасибо.

Анджела: До свидания.

Статистика из интернета:

80 % пропавших находят в первые двадцать четыре часа. 97 % – в течение первой недели. 99 % дел об исчезновении закрывают в течение первого года.

Остается 1 %.

1% людей, пропавших без вести, не находят никогда. Тут важна еще одна цифра: только 0,25 % случаев исчезновения заканчиваются летальным исходом[6].

Где же в этой статистике место Энди Белл? Она зависла между 1 % и 0,25 %, почти незримо, немного отклоняясь то в одну, то в другую сторону.

На данный момент считается, что ее случай относится к злополучным 0,25 %, хотя ее тело так и не нашли. А все почему?

Из-за Сэла Сингха.

Глава вторая

Пиппа оторвалась от клавиатуры, выпрямилась и прислушалась – снизу доносился какой-то шум.

Что-то со стуком упало, и тут же раздался громкий топот, а потом скрежет когтей и безудержный мальчишеский хохот. Буквально через секунду все стало ясно."

"– Джошуа! Почему на собаке моя рубашка?! – зычный вопль Виктора просачивался прямо из-под ковра на полу в комнате Пиппы.

Девушка усмехнулась себе под нос, сохранила последние записи и захлопнула крышку ноутбука. Каждый божий день повторялось одно и то же – как только папа, возвратившись с работы, показывался на пороге, его было слышно во всем доме. Это превратилось уже в нечто само собой разумеющееся.

Если он пытался говорить шепотом, на другом конце комнаты было слышно каждое слово, а уж когда покатывался со смеху, люди просто-напросто вздрагивали. И каждый год, сколько Пиппа себя помнила, в ночь перед Рождеством она просыпалась от его «тихого» топота на лестнице, когда он нес в детскую наполненные подарками от Санты рождественские чулки.

Отчим был прямо-таки живым воплощением деликатности.

Пиппа спустилась вниз и застала действие в самом разгаре. Джошуа с хохотом носился из комнаты в комнату – из кухни в коридор, а оттуда в гостиную и обратно по кругу.

За ним по пятам, неуклюже поскальзываясь на гладком полу и повизгивая от восторга, бежал золотистый ретривер Барни. На собаке красовалась самая яркая папина рубашка – ядовито-зеленая с узорами, которую тот купил во время последней поездки в Нигерию.

Замыкающим был Виктор. Огромный и солидный в темно-сером костюме-тройке, он со всех ног мчался за мальчиком и собакой, оглашая дом раскатами громогласного хохота. Зрелище очень походило на самодельную сцену из мультика про Скуби-Ду.