Но заснула я с чистым сердцем, еще не догадываясь, что утром мои приготовления пойдут прахом.
Глава 12
Утром я очнулась от сильной качки. Именно очнулась, будто до этой минуты плавала в густом желе, а тут вырвалась на свободу. Сначала ничего не поняла. Меня бросало из стороны в сторону, я чуть не свалилась с кровати, успела ухватиться за край.
В каюте был полумрак, свет едва проникал сквозь иллюминатор, но раз проникал, значит уже наступило утро.
Мозг ответил это мимоходом, раздумывать над ситуацией было некогда. Корабль шатало так, словно кто-то гигантский играл в мяч. Незакрепленные вещи летали по всей каюте. Я едва успела пригнуть голову, как мимо пронеслась свечка, а за ней полетел корсет.
— Твою ж мать! — завопила я. — Что происходит?
Удар мощной волны в иллюминатор был мне ответом. Я посмотрела с ужасом на пену, скатывавшуюся по толстому стеклу и задрожала. Еще вчера я смотрела на изумрудную водную гладь, которая сейчас превратилась в безумное чудовище.
Неужели это русалка? Получается, что древняя легенда — правда?
Нет, не может быть! Мой рациональный мозг отказывался верить в такую ерунду.
Держась за все поверхности, я встала, но упала.
— Эй, есть кто? — закричала во все горло.
Не получив ответа, поползла на четвереньках к выходу. С каждым толчком тошнота удушливой волной подкатывала к горлу.
Я с трудом добралась до дверей. По дороге несколько раз больно ударилась и плечом, и бедром, и головой, да так, что искры закружились перед глазами. Сделала небольшую передышку, распахнула дверь и задохнулась от резкого порыва ветра. Он вырывал из пальцев ручку двери, не давал сделать и шага.
— Твою ж мать! — завопила я и села спиной к стене: так хотя бы чувствовала опору. — Люди, где вы? Вирен! Капитан!
Но голос потонул в реве урагана и резких, как выстрелы, хлопков парусов. Один из них, сорванный с мачты, метался перед глазами, то закрывая проход и погружая меня в темноту, то снова открывая его.
Пережидая атаки тяжеленного паруса и реки воды, то и дело обрушившиеся мне на голову, я начала карабкаться по ступеням. Ступенька — удар, темнота, тусклый свет. Новая ступенька — опять удар, темнота, тусклый свет. Единственное успокаивало: лоскут был настолько широк, что закрывал вход, но не проваливался на лестницу. Иначе от меня осталось бы мокрое место.
Наконец я добралась до верхней перекладины. Как только порыв ветра выгнул парус в обратную сторону, высунула голову на палубу и чуть не свалилась вниз, сбитая с ног мощным потоком воды."
"Огромная волна накрыла носовую часть корабля и ударила мне в лицо. Я кубарем скатилась с лестницы, больно приложилась головой о стену и на миг потеряла ориентацию. Очнулась от того, что оказалась по шею в холодной воде.
Вторая попытка была более удачной.
