— Тебе все равно не победить, безбожник, — в очередной раз заставив меня отступить, сказал витязь, — лучше прими смерть, и тогда твои люди тоже смогут уйти из жизни быстро, ну а если нет, я закончу с тобой и буду их мучать, пока они не будут молить всех богов этого мира даровать им покой. Ах да, я же забыл, на зов Распутина никто не придет, гордецы, что не понимают, когда стоит склонить головы.
— Лучше сдохнуть стоя, чем жить на коленях, — с усмешкой выдохнул я, — а умирать я не собираюсь, сегодня смерть ждет тебя. Кстати, а ты точно витязь Перуна? От тебя не несет божественным дерьмом, это что-то незнакомое, пусть и сильное, но явно не принадлежит богу, — наблюдая за тем, как морда витязя начинает краснеть, я усмехнулся и пошел в очередную атаку.
Целым я из этой битвы вряд ли выйду, но урода этого все-таки достану, в этом я не сомневаюсь.
Тем временем взбешенный противник раскрутил свой молот, словно пропеллер, и попер вперед с грацией бегемота, так что мне приходилось постоянно отступать. Хорошо хоть он магией бить не стал, а мои ребята поняли, что не стоит вмешиваться, иначе я бы получил еще три трупа, чего я очень сильно не хотел."
"Да твою ж мать, у тебя руки что ли из железа? С трудом, но мне удалось достать левую руку ублюдка, но, к моему удивлению, меч оставил лишь небольшую царапину на руке витязя, а он снова осклабился. М-да, как говорил мой старый наставник, если твой противник на голову выше, выход только один: сделай ему проход в ноги! Мысленно усмехнувшись, я кинулся в атаку и, сделав обманный финт, кинулся ему под ноги, и витязь не успел, не успел среагировать и, споткнувшись, рухнул мордой в пыль, а молот улетел на несколько метров от него. К сожалению, я не успел развернуться, урод быстрее встал на ноги, но теперь из оружия у него был лишь средней длины клинок и магия.
— А ты не так уж и плох, безбожник, — сплюнув, витязь осклабился, — но ты мне не ровня. Я тот, чье упорство отметил сам Перун, я видел бога так, как вижу тебя, я удостоился его благословения, и не тебе, отщепенцу, спорить с этим! — с каждой секундой его голос становился все громче, а в воздухе резко запахло, как после дождя.
Внимательно отслеживая каждое движение противника, я покрепче схватил меч, но тот вдруг резко дернулся, а потом меня чуть не ослепила яркая вспышка. По телу прошлась волна чужой силы, и я чуть не уронил мгновенно расшалившийся клинок, но, шипя и проклиная ублюдка, я все же удержал меч предка, а витязь смотрел на меня с недоумением.
— Ты! Как ты сдержал удар божественной силой⁈ — в его голосе была такая обида, что мне аж захотелось извиниться перед ним за то, что я не умер.
