Саэм наклонился в ее сторону, но вовсе не потому, что боялся за Селену. Рульф положил на стол обе руки ладонями вверх, и Саэму захотелось получше разглядеть диковинную карту.
Но там была лишь карта Эрилеи, и больше ничего.
– Уже восемь лет, как эта карта неподвижна, – глухо произнес Рульф.
Селену вновь прошиб пот, теперь уже холодный. Восемь лет. Ровно столько времени прошло с тех пор, как волшебный народ фэ окончательно исчез с континента. Кто-то погиб под натиском адарланской армии, а кто-то, как шептались, ушел в иные миры. Вместе с захватом чужих государств адарланский король объявил вне закона магию. Маги были уничтожены или отправлены на каторгу. А магия через какое-то время попросту исчезла.
Рульф убрал ладони со стола и сказал:
– Не думай, что мой путь был легче твоего. Мне, как и тебе, пришлось продираться, оставляя за собой трупы.
Ему было около тридцати. Значит, он успел уничтожить больше врагов, нежели Селена. Многочисленные шрамы на лице и ладонях свидетельствовали о том, что он действительно продирался к своему высокому положению.
– Приятно узнать, что мы с тобой – родственные души, – сказала Селена.
Она не стала добавлять, что никогда не убивала по собственному выбору. Что ж, если Рульфу не привыкать марать руки, тогда работорговля не показалась ему отвратительным занятием. Но Рульф – это Рульф. Как бы он себя ни величал, для них он – грязный пират. Они с Саэмом – ассасины Аробинна Хэмела: образованные, богатые, утонченные. Торговля людьми была ниже их достоинства.
Рульф криво усмехнулся и вдруг спросил:
– А твое поведение – оно объясняется твоим титулом? Или ты просто боишься иметь дело с людьми?
– Я – величайший ассасин всего континента, – вскинув подбородок, заявила Селена. – Я никого не боюсь.
– Совсем никого? – изумился Рульф. – Я – величайший пират всего континента, однако я боюсь очень многих. И страх позволяет мне до сих пор оставаться в живых.
Она не посчитала нужным отвечать, но сердито подумала: «Грязная свинья, промышляющая работорговлей».
Рульф тряхнул головой и улыбнулся так же, как улыбалась она сама, когда хотела побольнее задеть Саэма.
– Мне странно, что Аробинн не научил тебя держать в узде свое высокомерие, – сказал Рульф. – Твой спутник знает, когда нужно помалкивать.
Саэм громко кашлянул и подался вперед с вопросом:
– А как тебе удалось стать Предводителем пиратов?
Рульф водил пальцем по глубокой борозде, оставленной чьим-то тесаком.
– Как удалось? – переспросил он. – Очень просто: я убивал каждого пирата, который в чем-то превосходил меня.
Трое его товарищей шумно засопели, но не произнесли ни слова. Все они были старше Рульфа и успели хлебнуть больше, нежели он. На их фоне он выглядел неотразимым красавцем.
