Они сели в трамвай и поехали на Варшавское предместье. Их новым, недолговременным убежищем оказался небольшой домик, спрятанный в саду. Когда они открыли калитку и вошли во двор, навстречу выбежал маленький песик и весело затявкал. В окне сдвинулась занавеска, а через минуту их встретила на пороге пожилая хозяйка. Олесь назвался, она кивнула и повела за собой в дом.

– Можете расположиться в этой комнате, – она завела их в гостиную. – Вот диван, отдохните, если не выспались. Для пана профессора есть стол. Завтрак через полчаса.

Мама Олеся пыталась объяснить, что они уже перекусили, но хозяйка не хотела ничего слышать и исчезла на кухне. Олесю было не по себе. Его тянуло в город, он должен узнать, что с Аретой. Сразу после завтрака он поспешил в редакцию. Только там он мог бы получить подробную информацию.

В редакции гудело, как в пчелином улье. Все обсуждали вчерашнее покушение. Только и слышалось: «Оберштурмбаннфюрер Кессель! Оберштурмбанфюрер Кессель!». Редактор суетился и разбрасывал распоряжения направо и налево.

– Мирка! – кричал во всю глотку. – Пиши колонку!

– Что писать? – спрашивала хохотушка Мирка.

– Что-что? Я тебя должен учить? Погиб гражданин, патриот, настоящий семьянин и так далее… как в стране-карнавалии. Ярко! Ищи его фотку! Мы ее публиковали месяц назад… Нет, не ту, курва мать!

– Ту, где он с женой и детьми?

– Эй! А ты чего стал и глаза вылупил? – это уже прозвучало в адрес Олеся.

– А что? Карикатура тут не подойдет.

– Нет, сейчас без карикатур. И завтра тоже. Рисуй Вислу, а над ней склоненные в печали…

– Лозы? – подсказал Олесь.

– Какие в жопу лозы? Где ты видел там лозы?

– А что?

– Ярко? – закричал он снова во весь голос. – Какая холера там растет над Вислой?

– Пан редактор, над Вислой растут разные кусты и ивы.

– Рисуй ивы, – махнул рукой редактор.

Олесь пошел рисовать ивы. Когда закончил, появился Дан. Олесь вспомнил, как он недавно жаловался, что хозяин поднял ему плату за жилье. Отвел его в сторону и сообщил, что его квартира освободилась и до конца месяца оплачена. Сказал, что Дан может туда переселяться, а потом пусть договаривается с редактором. Может, газета будет и ему оплачивать жилье. Дан обрадовался, жил он неподалеку, взял ключ и сразу погнал собирать свои вещи и перебираться к Олесю.

Олесь поинтересовался у редактора подробностями покушения.

– Говорят, что дама была очень красивая. Пришла с каким-то юнцом. Целый вечер пили, потом он заказал танго и ушел, а она пригласила на танец Кесселя… Танцевали танго… И, слышишь, говорят, что танцевали так, что все вокруг замерли и на них пялились. А потом она неожиданно выстрелила ему в живот.

– Ее схватили?

– Ясное дело, что схватили. Там же веселились с полсотни офицеров.