Но пришло сообщение от сигнальной системы, что, кажется, около двадцати пяти человек проникли на нашу территорию и сейчас ошиваются где-то в лесу.
— Да вы издеваетесь, — покачал я головой. — Вдруг это стадо баранов забежало к нам? Тогда нужно готовиться к шашлыкам, а не войне. — Так, стоп! Нахрена вы выкатываете артиллерию?
На этом я уже не выдержал. Дал Шнырьке больше энергии, чтобы он проверил все, что только можно. И он не спасовал. Уже через пятнадцать минут я знал, что противника нет на нашей территории, о чем и сообщил «Потаповской армии», которая уже подходила к лесу в полном боевой готовности.
А еще я запретил строго-настрого заходить им туда, а сам отправился в то место, что показал мне Шнырька. Пришлось, конечно, поспорить с Волчарой, который не хотел меня отпускать одного, и предложил запустить в лес всю нашу гвардию. Но Волка на себя взял Ратник, который мягко ему намекнул, сказав, что я лучше знаю. Конечно, это не было сказано в жесткой форме, а скорее, как наставник говорит своему ученику. Пусть Ратник и является частью Кодекса, но Волк мне в этом мире ближе, и был со мной с самого начала.
В лес я заходил без опаски и, дойдя до нужного места, хмыкнул.
— Вот скажи мне, мелкий, как они эту бандуру сюда притащили? Это сколько же спин было сорвано? — задал я вопрос Шнырьке.
— Ш-ш-шлабаки и Ш-ш-ш-ш-шабаки! — ответил он и пожал плечами.
Ладно, пора проверить эту хрень, выглядевшую со стороны, как какой-то пень, но не мертвый.
— Ш-ш-ш-ш-шу-ки! — выругался Шнырька, глядя на все это безобразие.
— И не говори. Интересно, а те, кто это сделал, хоть понимают, на что способна эта вещь?"
"Очень в этом сомневаюсь. Этот алтарь был неземным, и его вытащили из Разлома, судя по всему.
Если дать ему вступить в полную мощь, то он высосет из земли все полезное и живое, и трансформирует в свою искаженную энергию, а затем начнет заражать.





