Изогнутый меч расслабленно клонит к земле, перчатку-щит держит небрежно, на уровне бедра. Сидх дразнит соперника, вынуждает сделать первый выпад. Эринар же разгорячён боем, дышит глубоко, сжимает в руках кинжалы и следит за вальяжным сидхом.

— Ты отдохни, я подожду, — глумливо провоцирует на злость Танарил.

— Какой наглый сидх, — усмехается Эринар.

— Так валяй, проучи меня, — издевательски отвечает геомант, нарочито вальяжно садится на землю, скрещивает ноги и зевает в хрустальную перчатку-щит.

Эринар выпускает две огненные плети и с рёвом рвёт пространство. Пламя лижет камень и опадает вокруг него. Танарил лениво сидит на своём месте.

— И это ваш Истинный Огонь? Слабоват, — хмыкает сидх.

Город дрожит, площадь встаёт на дыбы, камень тает под ногами Эринара, затем застывает и берёт того в капкан. Огонь вспыхивает под ногами у императора, плавит камень. Император делает прыжок и летит в сторону противника, а тот уже перетекает в боевую стойку, насмешливо наклоняет голову набок, растягивает рот в полной превосходства улыбке.

А дальше мир мельтешит перед глазами. Взрыв следует за каменной волной, вспыхивает пламя и застывает причудливым узором на брусчатке, вздрагивает земля. Эринаром движет ярость, он не замирает ни на секунду, но сидх!.. Перетекает из стойки в стойку, изящно принимает на правую руку один удар за другим и проверяет на прочность оборону Торманса. Сидх бьёт молниеносно, одновременно с тем, как отражает удары. Он словно состоит из двух бойцов, из обороны и нападения, им движут атака и защита одновременно. Его изогнутый узкий меч сверкает на солнце, отбрасывает блики, плывёт в воздухе, он неуловим взглядом, и только бешеная скорость позволяет императору не отступать. А сидх пока играет, изучает противника, не атакует в полную силу.

Эринар разит, теснит врага, но тот лишь уступает, перетекает на другое место. Магия огня ревёт в воздухе, мечет искры, накаляет площадь. Сила сидха противостоит ей на равных, сдерживает, сминает смертоносное пламя. Когда взмывает в воздух Истинный Огонь, толпа шагает назад, выставляет перед собой щит."

"Сидх мелькает в отблесках пожара, разит мечом, искрами пляшет в отсветах чужого костра. Площадь стекает к его ногам озером, затрудняет шаги Эринара, спутывает ступни вязкой глиной, гасит дикий огонь и запечатывает его в себе. И в то же время поднимает сидха, возвышает его над противником, даёт преимущество.

Узкий изогнутый меч скользит плавно и внезапно меняет траекторию под невозможным углом, ранит Торманса, разрывает плечо, разбрызгивает кровь.

Ковен замирает в тишине, люди не дышат, они лишь внимают цветам и звукам поединка.

Эринар застывает, а затем молниеносно атакует, огонь ревёт, дрожит земля.