— Старший лейтенант Лобанов готов к транспортировке!

И залихватски подмигнул.

— Больной! — строго напомнил врач Владимир Борисович. — То, что я разрешил вам при необходимости говорить, ещё не значит, что можно болтать без умолку. Вы ещё отнюдь не здоровы, поберегите себя, настоятельно советую.

— Не волнуйтесь, доктор, — сказал Андрей. — На свободе он проведет не более четырёх часов. Да и те в машине, глядя в окошко на красоту природы. Из больницы — в больницу. Я уже договорился. И пока окончательно не выздоровеет, его оттуда не выпустят.

— Вот и хорошо, — сказал хирург. — Очень надеюсь на ваше благоразумие, Андрей.

— Можете не сомневаться, — заверил его Сыскарь и, обращаясь к другу, осведомился: — Готов? Отлично. Тогда пошли. И предупреждаю сразу. Внизу тебя ждёт очень приятный сюрприз.

Сюрприз Ивану понравился. Настолько, что немедленно возник спор, где кому ехать. То, что за рулём будет Сыскарь, возражений естественным образом ни у кого не вызывало. Но что касается остальных мест… Иван, ссылаясь, на свое положение раненого и пострадавшего за общее дело, попросил Светлану ехать с ним сзади.

— Мне так будет гораздо легче переносить дорогу, — пояснил он трагическим шёпотом.

— Тогда я буду всё время оборачиваться, чтобы посмотреть, как вы там себя ведёте, — возразил Сыскарь. — А водитель, который плохо следит за дорогой, — угроза безопасности движения."

"— А ты в зеркало заднего вида смотри, — посоветовал Иван. — Ты будешь смотреть, а мы будем тебе в ответ улыбаться. Правда, Света?

— Вот откуда в раненом столько прыти, хотел бы я знать? — обращаясь в пространство, осведомился Сыскарь. — Тебе доктор запретил разговаривать, помнишь?

— Мальчики, не спорьте, — разрешила вопрос Светлана. — Давайте так. Половину дороги я буду сидеть сзади, а вторую половину — впереди. Можно, конечно, впереди сесть Ивану, — задумчиво добавила она, — но ему тем более шеей вертеть нельзя.

Ближе к Москве, когда машин на шоссе резко прибавилось, а скорость, наоборот, не менее резко упала, им уже казалось, что они знают друг друга если не всю жизнь, то несколько лет — точно. И все эти годы, уместившиеся в каких-то три с половиной часа совместной дороги, лишь укрепили друзей в мнении: Светлана Олеговна Русская — лучшая девушка на Земле. Та, которую каждый из них искал всю жизнь. И вот, слава создателю, нашёл. Жаль, конечно, что нет у неё сестры-близнеца — точной копии с теми же душевными качествами, умом и чувством юмора. И даже очень жаль. Но делать нечего, спасибо и на этом. В смысле, большое спасибо. Хоть одному кому-то повезёт. Может быть.