Глава 47
— Как я выгляжу?
— Конфетка, ты самая красивая девушка на свете, я уже говорил тебе это раз сто.
— Да, Лукас, но я так нервничаю.
— Мы говорили тебе, не стоит этого делать. Все будет хорошо, поверь.
— Вот, меня опять тошнит, это уже от волнения.
Кэндис стояла у зеркала в небесно-голубом платье под цвет ее глаз: узкий лиф, расклешенная юбка до колен. Ладони потели, она провела ими по талии, разглаживая ткань и расправляя подол. Через большое зеркало на нее смотрела красивая девушка: светлые волосы длинными прядями спадали до самой талии, большие глаза и губы с нежным розовым блеском.
Прошло уже три недели после ее неудачного побега из города, от братьев Паркеров и от самой себя. Буря эмоций, противоречий и сомнений навалились тяжелым грузом, но, вроде бы, все нормализовалось. Она, как ни странно, обрела свою семью, отца и брата, но все еще не могла привыкнуть к этому.
Было безумно стыдно после того откровения в кабинете шерифа о том, что она любит и встречается сразу с двумя мужчинами, да к тому же родными братьями. Но Джим воспринял это вполне адекватно, чего не скажешь о Рике. Они долго спорили, все на повышенных тонах, и снова чуть не дошло до драки. Тогда Кэндис опять стало плохо, и если бы не ее почти обморочное состояние, то мордобоя прямо в полицейском участке было бы не избежать.
Снова госпиталь, в который ее повезли уже Паркеры, хотя она сопротивлялась, снова анализы. Но все было не так страшно, как казалось и как думали Шон и Лукас, носясь с ней, как с хрустальной вазой. И вот она уже три недели живет в доме Барбары Паркер и даже спит одна на большой кровати, потому что доктор сказал о нежелательности интимной близости пару недель.
Первую неделю Кэндис боялась всего, неизвестных звонков, боялась визита миссис Паркер с ее очередными угрозами и такой горькой правдой, что она непременно вылила бы на нее о недостойности ее сыновей. Но все было тихо, и она расслабилась. По утрам как обычно тошнило и кружилась голова, но доктор сказал, что это вполне нормальная реакция организма на беременность, в первый триместр все примерно так и протекает у большинства женщин."
"А еще ей жутко хотелось секса, даже в этом самой себе признаться было стыдно. Кэндис просыпалась среди ночи оттого, что так сладко тянуло живот, и грудь была такой чувствительной к ткани, что хотелось раздеться. Но ни Шон, ни Лукас, словно сговорившись, не приближались к ней и не касались ее. Нет, они очень заботились, опекали, оберегали, но ничего того, что было раньше не происходило между ними, словно она их младшая непутевая сестренка, это начинало раздражать.
