— Спасибо, что пришла, а не то…
— Что?
— Завтра с утра залег бы у вас под прокуратурой и стал ждать.
— Меня могли услать в командировку.
— Все равно бы дождался.
— Ну, раз дождался, открывай шампанское, подполковник.
— Есть открывать шампанское.
— Послушай, ты действительно подполковник?
— В данный момент я вообще никто. Из армии меня поперли, из контролеров сам ушел. Я ведь рассказывал тебе, что был контролером?
— Пусть тебя это не волнует, — она сделала крошечный глоток из фужера. — Даже если не рассказывал, расскажешь. Я хочу знать о тебе все.
— Зачем?
— Просто интересно.
Эпилог
Начало лета, раннее утро, море, пляж. По песку и мелкой гальке у самой кромки воды бежит скудно одетый человек, тощий как мартовский кот, до черноты загорелый и самую малость небритый. Неплохо так бежит, достаточно бодренько и технично. Заскакивает на причал и с криком бросается в море. Не поверите, но это снова я.
В один прекрасный день я вдруг взял да и уехал из слякотной Москвы в Крым, к солнцу, морю и цветущему миндалю.
— Фантастика, — заявила по приезде Светлана.
— Точно, — согласился я. — Она самая… — правда, я имел в виду совершенно другое.
Бросить все, наплевать на перспективы и удрать с бывшим зеком, причем не на его виллу в Испанию, а просто в Крым, где у меня нет ни дворца, виллы, ни даже скворечника. Именно так и не иначе поступают героини дамских романов. В реальной жизни с такими, как я, никуда не удирают. Вернее, удирают, но от них самих, галопом и куда подальше.
— Не дури, — помнится, сказал я, — дождись отпуска и приезжай.
В ответ она сообщила, что уже все для себя решила, а моего мнения по этому вопросу никто не спрашивал. И добавила, что меня вообще нельзя никуда отпускать одного, даже в булочную за хлебом, потому что по дороге я обязательно во что-нибудь впишусь.
В Генпрокуратуре крякнули от удивления, давненько, видать, от них добровольно не уходили, но заявление об увольнении подписали. Теперь Света больше не следователь, она матрос, вернее, матрос-спасатель, так же, как и я на одном из пляжей в Севастополе.
Севастополь, обалденно красивый, белый город, до неприличия чистый, особенно, в сравнении с Москвой. До краев наполненный памятниками старины и сам по себе — памятник и напоминание.









