Следующая могила принадлежала его бабушке, Восточной принцессе Таире.
Потом Джеймсу Корвину и Айлин Мэллоу – родителям Анны.
Райнеру Корвину – дедушке Рэндалла и Анны.
Его сердце пустилось в галоп при виде двух плит, которых раньше не было. Приблизившись к первой, Рэндалл смахнул с камня слой снега, забившийся в кромках выступающих букв.
Рэндалл Регулус
Сын двух великих домов Вейланд и Корвин, воплощение благородного принца Регула из древних легенд.
Пусть звезда твоя на небосводе сияет так же ярко.
Ему было странно видеть собственную могилу. Словно он обманул судьбу, а она напомнила, где ему на самом деле надлежит быть. Он замер, разглядывая надпись, как вдруг из гущи деревьев вылетел Хлебушек, приземлился на плиту и громко закаркал.
Рэндалл встрепенулся, а Хлебушек посмотрел на него пронзительным взглядом, словно осуждая за мрачные мысли, и повернул голову вправо.
На последнюю могилу в этом ряду.
Рэндалл приблизился на ватных ногах и опустился на колени перед надгробием. Ласково и бережно смахнул снег, открывая вид на изящно высеченные буквы:
Джоанна Аннабель Корвин
Своим светом и теплом ты затмевала само солнце.
Рэндалл дрожащими пальцами провел по надписи, сдавленно вскрикнул и заплакал, уткнувшись лбом в холодный камень.
– Анна… сестренка…
Он задыхался от безутешных рыданий. Одной рукой обнимал каменную плиту, как маленького ребенка, а пальцами другой ковырял мерзлую землю, будто пытался высвободить любимую кузину из плена ледяной могилы.
Это неправильно. Так не должно быть! Она должна жить и радоваться любимому мужу и их сыну. Она должна быть счастлива.
Горячие слезы обжигали заледеневшие щеки, а в горле моментально запершило от вдыхания студеного, зимнего воздуха. Перед глазами возникали, сменяя друг друга, разные образы.
Солнечная, светлая Анна с голубыми лентами, вплетенными в медово-золотистые кудри, заливисто хохочет над его шутками.
Тонкие изящные пальчики плавно перебирают клавиши старого пианино, рождая нежную мелодию, что струится по залу и проникает в самые потаенные глубины души и пробуждает трепетные чувства.
Большие серые глаза смотрят на него с проницательностью и преданной любовью. Они не такие холодные, как у всех остальных Корвинов, – в них удивительным образом сочетаются суровость, унаследованная от могучих предков, и нежность, передавшаяся от матери.
Она не должна была умирать так рано."
"Плечи Рэндалла тряслись уже не только от рыданий. Поднялся холодный ветер, пронизывающий до костей, а он выбежал из замка в одном сюртуке. Однако он даже не сдвинулся с места и продолжал обнимать могильный камень и горько плакать.
За спиной раздался мягкий сочувственный голос:
– Ваше Высочество, грядут тяжелые времена.
