Парень оставляет их и двигает вперед, обходя столы. Только сейчас я обращаю внимание, что сюда он пришел не с пустыми руками. Пакет вон тащит какой-то. Кажись, увесистое в нем что-то.
Пирожки?
Новая упаковка муки?
Бомба?
А что? Я не знаю, что у него там в голове творится.
— Этот щеголь к нам, что ли, тащится? — раздраженно бурчит на ухо Сычев, двигаясь ближе ко мне. Тоже мне, защитник нашелся. — Не понимаю, что в нем бабы находят? Смазливая рожа такая. Прям фу-у-у.
— Витамин, друг мой сердечный, зависть — это грех. Но ты не переживай, и тебя какая-нибудь умалишенная полюбит. И то ненадолго. Жадных, вообще, мало кто любит.
Ой, это я сейчас за гада заступилась?
Но Сычев игнорирует мои слова, а продолжает сканировать своим жутким взглядом приближающегося к нам блондина. Секунда, и Назар уже стоит возле меня, закидывая пакет на мою тетрадь.
— Ну что, вставай, креветка. Раздевать тебя буду.
У меня отвисла челюсть. Даже по щекам себя побила в надежде, что уснула и мне приснилось, как Суханов на всю аудиторию предложил меня раздеть.
— Что ты сделаешь?
Ан нет, не показалось. В моих снах Витамин не может так громко кричать, будто его оса за задницу укусила. Клянусь, у меня чуть перепонки не лопнули.
— Оглохну, если ты так орать будешь, — брякнул Назар таким тоном, что даже мне смешно стало. Ладно, скажу, все заулыбались. Вот точно все, кроме моего Витаминчика. — Немцова, поднимайся уже, скоро вернется ваш колобок и оторвет мне голову. Да и сосед твой как-то странно на меня смотрит. Чувак, ты живой? Моргни, если нет.
Глава 19"
"— Да ладно, я пошутил. Креветка, он у вас шуток не понимает, что ли? — продолжает Назар, так и не дождавшись реакции Сычева.
— А ты шути получше, может, тогда все поймут.
Сделка с Сухановым — это всего лишь сделка с Сухановым, я из-за нее не попру против друга. Даже если друг не захотел меня от возможной пневмонии спасти.
— И вообще, вали уже. Чего пришел-то? — Оу, как набычился Витамин. Отвис, родненький. Я уж подумала, всё, дурачком стал. А он нет. Распетушился, плечи расправил, горлышко прочистил, ну, прям вылитый бандюган из девяностых. Дайте ему в зубы зубочистку и четки, и даже мама родная узнать не сможет.
— До меня слух дошел, что в этой группе есть мальчик, который злой и нервный. Вот захотелось на него посмотреть. Кстати, слухи правдивы. Немцова, да встань ты уже с места и иди переодеваться. Болеть как бы не совсем прикольно. Градусник, тряпка на лбу и горчичники. Между прочим, мне это в окне видеть придется. А я люблю, когда девушки…
Ну, всё.
Заговорился, парень.
— Не продолжай, — подскакиваю и зачем-то прикрываю ему рот ладонью. Совершенно не хотелось знать, что и как он там любит.
