В принципе тут два варианта развития событий, либо Джеймс высказался о своих подозрениях церемониймейстеру, и он теперь выпускает пар отыгрываясь на придворных или же Джеймс промолчал, но отыгрывается сам. На придворных.

В этот момент меня всю передёрнуло, потому что мне резко вспомнилось о том, каким именно зельем был под завязку накачен король, когда покинул меня, в груди зашевелилось нечто чёрное и очень злое. Так что аж дышать стало трудно. Что это вообще такое? Ревность? Да быть того не может, с чего и зачем мне ревновать этого нахала? Я ведь сама ему, считай, отказала, а ведь он мне даже предложение сделал. Пусть и не такое, как мне бы хотелось, но всё же…

Стоп!

Мне хотелось, чтобы этот надушенный чванливый павлин сделал мне предложение?

От одного этого осознания я застыла столбом, внеся ещё большую сумятицу в толпу придворных.

Так, кажется, мне просто необходимо сейчас побыть одной. Просто побыть одной и хоть немного разобраться в том сумбуре, который творится в моей голове и ещё больше в моём сердце.

Я помчалась в свою спальню так, словно на мой в самом деле гналась целая толпа кровожадных разбойников. Придворные бросали на меня удивлённые взгляды, но мне было откровенно наплевать на них и их мнение. Только прикоснувшись спиной к внутренней стороне двери собственной спальни_ я смогла немного успокоиться и выдохнуть воздух из лёгких тоненькой струйкой.

У-у-у-ух! Ещё какое-то время я глубоко дышала, прикрыв глаза, пытаясь вернуть себе спокойствие и возможность спокойно и более-менее хладнокровно мыслить. Получалось у меня из рук вон плохо, и я решила, что если я просто немного похожу по своей спальне, то мне станет немного полегче и я открыла глаза, чтобы чуть ли не подпрыгнуть на месте.

Возле моей кровати стоял манекен с платьем. В носу неудержимо защипало, а я дёрнулась к этому произведению искусства для того, чтобы рассмотреть его поближе. Было в этом движении нечто, совершенно оторванное от реальности, хотя бы потому, что это платье удивительно походило на то, в котором я дебютировала на Венском балу, вот только было оно больше, лучше, белее, что ли? Не знаю, как это ещё описать, но от одного взгляда на него у меня просто перехватывало дух."

"Узкий лиф с достаточно глубоким вырезом сердечком был несколько стыдливо прикрыт тончайшим шифоном, который не столько скрывал грудь, сколько давал простор для воображения, воздушная и почти невесомая пена сборок на предплечье, казалось, ограняла плечи словно золото алмаз, а пышная и почти невесомая юбка давала силуэту лёгкость и невесомость.

Платье было настолько красиво, что я тут же забыла про Джеймса и все свои планы настолько мне его хотелось померить. Однако из задумчивости меня вывел небольшой конвертик, приколотый к поясу.